— Проданный пистолет был сорок пятого калибра?
Ясуко молча кивнул.
— Хм. Ну а как фамилия покупателя?
— Его зовут Куроикэ.
Стоящий рядом сыщик насторожился и пометил фамилию в блокноте.
— Куроикэ. Вот как. А дальше?
— Куроикэ… Куроикэ… Как же его звали? Немножко подзабыл.
— Не вспомнить?
— Так это было десять лет назад. Забыл.
— Десять лет назад?
— Да. Мы тогда с учителем Куроикэ…
— Учителем Куроикэ? — удивился руководитель следствия.
— Он был учителем средней школы. А я в то время учился в первом классе, — ответил Ясуко.
Руководитель следствия поменял позу и, чтобы успокоиться, закурил сигарету.
— Вот оно что. Понятно. Значит, этот Куроикэ — твой старый учитель? — начал он. Ему, видимо, хотелось распутать всё по порядку.
— Да. Но он только год преподавал. А потом бросил школу и куда-то уехал.
В лице Ясуко чувствовалась насторожённость.
— А где эта школа?
— В моей деревне. Деревня Харуно в уезде Минамисаку провинции Нагано. Школа называется Харуно-тюгакко.
Сыщик записывал всё в блокнот.
— Это очень красивое место у восточного подножия Яцугатакэ, — сказал Ясуко с любовью, простодушно.
— Надо же! Значит, учитель Куроикэ преподавал у тебя в средней школе в течение года?
— Да.
— Учитель Куроикэ тоже родился в вашей деревне?
— Думаю, что да. Жил он в посёлке Ёкоо и ездил в школу на велосипеде. Ёкоо расположен в горах на расстоянии полутора ри от деревни. Я ведь тогда был ребёнком, так что хорошенько не помню, был ли у Куроикэ там дом.
— Вот оно что! И куда отправился учитель Куроикэ, бросив школу?
— Говорили, будто бы в Токио. Я, по малолетству, не запомнил. Он сильный преподаватель гимнастики. Тогда ему было года двадцать два. Совсем молодой, так что нам он представлялся скорее не учителем, а старшим братом. Мы ему дали прозвище «братец Куро».
Взгляд Ясуко снова подёрнулся пеленой воспоминаний.
— Вот как! И значит, через десять лет ты встретил братца Куро в Токио? — Руководитель следствия перешёл к существу дела.
— Да. Случайно столкнулся с ним на скачках в Футю. Он меня уже забыл, но я-то его помнил. Я к нему отношусь с симпатией и сразу окликнул: «Сэнсэй!» С этого всё и началось. Дело было в феврале. День выдался холодный. Мы остановились в толпе и поговорили.
— В тот раз был разговор о пистолете?
— Да. Учитель Куроикэ спросил меня, что я делаю. Скрывать не имело смысла, и я ответил, что спекулирую американскими товарами. Тут он немного подумал и спросил: «Ну а коли так, тебе, наверно, попадаются пистолеты?» Я удивился. Он криво усмехнулся и сказал, что ради собственной безопасности хотел бы иметь пистолет. Добавил, что работа у него опасная — просто не хочет говорить мне о ней. Деньги есть, и он готов заплатить подороже. Я подумал: ну и дела, даже братец Куро взялся за сомнительную работёнку! Как раз тогда я купил у Марико пистолет и подумал, кому бы его продать. Вот я и ответил Куроикэ, что помогу. На следующий день снова были скачки, и мы договорились встретиться там же.
— И ты продал ему пистолет?
— Да, на следующий день мы встретились, как договаривались, и я передал ему пистолет. Отдал дешевле, за семь тысяч иен, — всё-таки мой старый учитель. Братец Куро надбавил ещё тысячу. Деньги у него, видно, были. А чем он, собственно, занимался? — спросил Ясуко.
— Не особенно чистой работой, — коротко бросил руководитель следствия и продолжил расспросы. — Ты помнишь, когда передал ему пистолет?
— Это было воскресенье во второй декаде февраля. В тот день как раз состоялись скачки. Если навести справки, вам станет ясно.
Оказалось, это было пятнадцатого февраля. За два месяца до убийства в Синдзюку.
— С тех пор вы не встречались?
— Не встречались. Меня только навестил худой парень лет двадцати семи и сказал, что он от учителя Куроикэ. Я ведь сказал учителю, где живу. Этот парень передал мне просьбу Куроикэ — раздобыть ещё один пистолет. Но я не рассчитывал, что мне в руки попадёт ещё один пистолет, и отказал. «Слишком это опасно», — подумал я.
— Когда это было?
— Думаю, в марте.
— Как его звали?
— Он не назвался. У него какой-то неприятный взгляд. Вы знаете, он был так назойлив, что даже приходил сюда, в больницу. Наверно, зашёл вначале ко мне домой, а там сказали, что я здесь. Всё хотел купить пистолет и просил научить, как это сделать. Но я и на сей раз отказал.
— А когда это произошло?
— День точно не помню. Где-то ближе к концу апреля.
Услышав это, руководитель следствия чуть прикрыл глаза в раздумье. Вероятно, этот визит произошёл перед похищением носилок.
— Ты не помнишь номера проданного пистолета?
— Я даже не посмотрел его.
— Вот как? Ну что ж, спасибо.
Руководитель следствия встал. Увидев это, Ясуко снова забеспокоился:
— Господин! А что, учитель Куроикэ из купленного у меня пистолета убил человека?
— Видимо, так. Ты тоже наделал дел, — коротко бросил руководитель следствия и в сопровождении сыщиков вышел из комнаты.
Совещание штаба следствия открылось.
Руководитель следствия, сидя на председательском месте, сделал доклад о сложившейся ситуации, а затем стал высказывать свою точку зрения:
