Стена тишины полностью

Он был во что-то завернут, но мама не показала нам, во что. Она крикнула, чтобы мы шли спать, и мы ушли, потому что, когда она повышает на нас голос, мы понимаем, что все серьезно. Наверное, это что-то ужасное, по-настоящему ужасное, иначе почему бы нам это не показать? Она побледнела, ее всю трясло.

Наверное, она была такой же, когда не стало Джоела. Она ушла в себя, а может быть покатилась по тоннелю. Китти Флетчер описывала это как падение Алисы в кроличью нору.

Мама не стала звонить в полицию. Она позвонила дедушке в больницу и говорила с ним странным монотонным голосом. Когда дедушка вернулся с Томми Милехамом, мама вместе с ними ушла в гостиную — они заперли дверь и шептались, шептались, шептались, а на кухонном столе лежал фотоальбом, который мама, видимо, рассматривала перед тем, как лечь спать. Она будто пыталась разгадать паззл и подобралась уже совсем близко.

Сложатся ли его кусочки в единое целое? И что будет потом?

Мы трое проговорили до глубокой ночи. Говорили о том, что надо, наконец, рассказать все маме. Это, конечно, было чистым безумием. Потратив столько сил и бессонных ночей на то, чтобы скрывать от нее правду, мы начали задумываться о том, что, может быть, этого делать не стоило.

Но потом мы все же пришли к выводу, что лучше молчать, но уже по другой причине — ради нее самой. Мы можем лишиться отца и нельзя допустить, чтобы мы потеряли еще и маму.

Но вдруг она поймет все раньше, чем у нас появится шанс объяснить? Или, что еще ужаснее, вдруг папа проснется?

Четверг, 25 апреля 2019 года, 10.30.

Прихлебывая чай, приготовленный для нее Розмари, Мелисса смотрела на лес, завороженная ритмичным покачиванием ветвей на ветру. Легкие звуки музыки лились с чердака, где прятались дети.

Увидев объявление, Мелисса сразу же позвонила Биллу. Она думала обратиться в полицию, но слово «ОТЦЕУБИЙЦА» ударило ее в грудь, словно кинжал. Она вздрогнула. Нет, с полицией связываться совершенно не стоило, особенно после того, как Льюиса допросили в связи с недавним инцидентом. Меньше всего ей нужно было навлечь подозрения на своего сына.

Но ей требовалась чья-то помощь. Она просто не могла сама со всем этим справиться. Она чувствовала, как теряет над собой контроль, совсем как после смерти Джоела. Кирпич, брошенный в окно, стал последней каплей.

Билл приехал двадцать минут спустя, а с ним и Томми Милехам. Они принесли доску, чтобы закрыть разбитое окно. Мелисса отвела Билла в гостиную и показала ему, во что был завернут кирпич. Увидев слово, нацарапанное над головой Льюиса, он ничего не сказал — молча взял объявление и быстро сунул в карман.

— Мы потом это обсудим, — сказал он Мелиссе. — Как следует.

Она молча кивнула. Они даже не стали говорить о том, сообщать ли полиции эти новости. Мелисса просто передала все полномочия Биллу и Томми, как это много лет назад сделала ее мать.

— Как ты себя чувствуешь, милая? — спросила Мелиссу Розмари, сочувственно улыбнувшись и садясь рядом с ней за кухонный стол. Они решили дать Патрику отдохнуть пару часов от постоянных визитов.

— Нормально. Просто устала.

Билл сел напротив Мелиссы и сделал большой глоток кофе. Поставив чашку, он сказал:

— Ну? Расскажешь нам, что происходит?

Мелисса лишь моргнула.