– Возможно, тот, у кого сейчас находится книга, – произнес Барак, – готовится продемонстрировать ее королю, когда приедет Бертано. Нанести решающий удар. Это объясняет, почему «Стенание грешницы» до сих пор скрывают.
Я покачал головой:
– Я уверен, эти люди уже показали бы рукопись Генриху, чтобы настроить его еще сильнее против реформаторов и склонить к договоренности с Бертано, когда тот появится. Они воспользовались бы ею, чтобы снова повернуть его величество против реформаторов, причем сделать это как можно скорее.
– Тогда где же она? – сердито вопросил Джек. – У кого?
– Не знаю, черт возьми! – Я потер рукой лоб.
– Может быть, у Маккендрика? – задумчиво предположил Овертон. – Если он шпион и похитители отдали книгу ему, то, может быть, он просто-напросто не успел передать ее по назначению, поскольку сбежал вместе с остальными?
– Но прошел уже почти месяц, – насмешливо заметил Барак.
– Это маловероятно, – признал я. – Однако все возможно. Я должен обсудить ситуацию с лордом Парром.
– Есть и еще один вариант… – задумчиво протянул Николас.
– Какой? – повернулся я к нему.
– А что, если шпион ведет двойную игру? Вдруг Маккендрик, если это и впрямь он, работает на какого-то хозяина при дворе, но при этом имеет свои верования и позаботился, чтобы «Стенание грешницы» не попало не в те руки? Возможно, он украл книгу, но держит ее у себя?
– Это притянуто за уши, однако не исключено, – согласился я. – Спасибо, Николас, ты выдвинул любопытную гипотезу.
Юноша, похоже, обрадовался моей похвале.
– А теперь, Джек, уже поздно, – проговорил я. – Мы с Николасом подождем здесь, а ты возвращайся к Тамазин. Кстати, что ты ей сказал?
– Что просто пойду выпить с друзьями.
– Но таверны давно закрылись. Тамми будет волноваться. И на обратном пути будь осторожен, – добавил я, – помни, что те двое убийц по-прежнему где-то поблизости и что за нами следили в порту. Николас, ты не против остаться здесь со мной посторожить Лимана, пока не придут люди лорда Парра?
– Можете на меня положиться. – Овертон покачал головой. – Ну и тип этот Лиман – отъявленный негодяй.
Я вздохнул:
– Он поступал так, как считал правильным.
– Это его не оправдывает! – горячо откликнулся Ник. – Он нарушил присягу! Поставил под угрозу королеву, украв книгу! Мерзкий предатель!
Барак повернулся к нему и снисходительным тоном сказал:
– Он ее по-своему любит. А себя считает орудием Господа. – Джек посмотрел на лестницу. – Но лучше бы все-таки этого, с позволения сказать, праведника связать и заткнуть ему рот, чтобы не начал кричать, если вернутся твои соседи. Я тебе помогу.
Но Овертон все никак не мог успокоиться. С ужасом и одновременно чуть ли не в восхищении юноша воскликнул:
– А этот голландец, Вандерстайн! Вот уж кто действует с размахом! Мало того что у него есть на материке осведомители, которые добывают сведения о Бертано! Так еще и сам он тем временем вербует здесь фанатиков, чтобы следить за высокопоставленными лицами в Лондоне! Необычайно ловкий человек!
– Он знает здешнюю атмосферу, – ответил Джек, – знает, что здесь зреют заговоры на почве недовольства религией. Потому и решил перебраться сюда и, несомненно, распространить свое восстание на Англию.
– И нашел сперва Лимана, а потом Милдмора – получив через этих людей доступ к двум рукописям, которые могут вызвать большие волнения. – Николас покачал головой. – Он, наверное, поистине думает, что его поступками движет Бог.
Барак фыркнул:
– Ему повезло. Дважды. Вернее, это он так решил. На самом деле то, что написала Энн Аскью, похоже, угрожает только Ризли и Ричу, а они отнюдь не главные игроки. А публикация «Стенания» принесет больше вреда, чем пользы, радикальному движению. Но некоторые из фанатиков слишком тупоголовы, чтобы это видеть. Вот если бы они раздобыли свидетельство, что Гардинер заманил в постель мальчика-певчего, это была бы настоящая удача.
– Вероятно, Вандерстайн много лет руководил подобными интригами на материке. И научился искусно выискивать среди радикалов тех, кто может ему пригодиться, – предположил я.
– Но при этом прохлопал шпиона прямо у себя под носом, – возразил Джек.
– Да, – кивнул я, и мы поднялись наверх.
Лиман сидел на краю кровати и, когда мы открыли дверь, зажмурился от света.
– За мной еще не пришли? – спросил он тихо и испуганно. Пребывание в одиночестве в темноте явно не пошло ему на пользу.
– Нет еще, – ответил я.
– Что они со мной сделают?
– Пока что вас поместят в безопасное место. Я скажу, что вы согласились с нами сотрудничать.
Бывший стражник пристально посмотрел на меня:
– А знаете, мастер законник, я полагаю, что, пожалуй, в вас есть нечто позволяющее вам увидеть свет истины.
– Вот как? – безучастно ответил я.
– Да, вполне возможно. Как и я, вы выросли во лжи и, думаю, прекрасно понимаете это. Прочтите Новый Завет, Откровение Иоанна Богослова. Остались считаные дни до второго пришествия Христа. Это предопределено.
