Однажды не услышали рыбы стонов княжны. Перестали бить в колокола, прекратились проклятия Степана. Старая щука-нянька приказала чехони узнать, почему звона нет. Отправилась глупая чехонь гурьбой на разведку. Принесла чехонь весть, что в городах толпятся люди и что-то кричат и никто не ловит рыбу. Княжна, узнав об этом от щуки-няньки, приказала послать рыбу поумнее. Послала щука наверх умную красную рыбу — севрюгу. Узнала севрюга, что камни — Степановы товарищи — ожили и пошли расковывать цепи Степана. Княжне они приказали идти навстречу мужу. Надела княжна шёлковый наряд и с щукой-нянькой и красной рыбой ушла из дворца. С тех пор чехонь охраняет дворец и ждёт, когда его богатства понадобятся».
Так как же было, что же было? Что выглядит наиболее убедительным? Опять-таки, если вас интересует мнение автора, то он полагает, что было так: пленную женщину-татарку, как пишет Фабрициус, но, возможно, знатного рода, — Разин любил, раз жил с нею, если верить информаторам Фабрициуса, целый год; некоторые из есаулов действительно обижались и ревновали, но это не было мотивом для убийства; убил он её сильно пьяным в приступе ревности или в ссоре, какие-то красивые слова о жертве Яику действительно произнёс — сам в это веря, сам себя оправдывая, как бы пытаясь умилостивить не только божество, но и саму жертву; потом горевал, но вряд ли долго. Если всё-таки был ребёнок, то отправили его не в Астрахань, а скорее уж на Дон. Но всё это, конечно, при условии, что легенда о Ермаке и Алмаз действительно возникла уже позже разинской. Если докажут, что предание о Ермаке имеет более раннее происхождение, — тогда станет ясно, что разинское просто с него «списали».
А теперь замкнём кольцо — опять Цветаевой — «Сном Разина»:
И звенят — звенят, звенят — звенят запястья:
— Затонуло ты, Степаново счастье!
О других возлюбленных Разина в документах — только жена и «много жонок татарок», у Стрейса — астраханские жительницы. У Чапыгина он любит москвичку Ирину, которую спас от смерти, и жену Олёну; у Злобина — Марью, чья ненависть превращается в любовь, и жену тоже. У Шукшина он всю жизнь влюблён в жену. Наживин сам не очень-то любит Разина, и его Разин никого не любит, хотя и тоскует какое-то время по пленнице; его жена Мотря — «ловкая баба», у которой «было теперь много и шелков, и бархата, и парчи, и камней самоцветных, и золота, — любой боярыне очень даже просто нос утереть можно было бы, — на окне стоял костяной город Царьград, что муж из Персии прислал, с церквами, и башнями, и домами всякими, в кладовке в скрынях лежали меха дорогие». У Логинова и Слаповского грубый и мерзкий Разин, естественно, не любит никого. У Савельева он любит только народ и с женой Марьей, политически подкованной женщиной, ведёт разговоры о политике:
Теперь дети. В документах: пасынок Афанасий (чья дальнейшая жизнь сложилась вполне благополучно, хотя и довелось ему побывать в плену). Савельев: «...а на руле 10-летний его сын Тимка». У Наживина — сын Иванко и дочь Параска. Шукшин здесь ближе всех к фактам: есть только пасынок, и отец к нему сильно привязан. В романе Логинова — сын от татарки. У Злобина — сын и дочка:
