– Бери кого хочешь. Проверь весь коридор от начала до конца. Нужно быть уверенным, что нет пробоин ведущих наружу. И найдите хоть какие материалы, чтобы состряпать хоть какую карантинную зону.
– А с чего ты взял, что я тебя буду слушать?
– Хочешь слушай, хочешь – нет, мне насрать! Оглянись вокруг. Всё оглянитесь! Думаете у вас закончились проблемы? Нет, они только начались. Вы не поняли, куда вообще попали! Рядом с вами лежат больные, а вы закрываете глаза, ожидая кость! Мне насрать и на вашу гуманность, но только не думайте, что эта зараза обойдёт вас стороной! И нам надо придумать, как создать более безопасные условия.
Народ стал переглядываться.
– Ты! Да кто ты такой, чтобы тебя слушать! – вспылила Татьяна Васильевна. Она стояла перед ним в тот же белом халате, гордо вглядываясь ему в глаза. – Пётр Сергеевич уже решает вопрос, что с нами делать. Ситуация не простая, но я уверенна, что нужно лишь дать ему немного времени. Сидите тише и не реагируйте на провокацию.
– Да! Дадим время! Выскочка! Ну его нафиг! – загудела большая часть толпы. Остальные сомнительно перешёптывались, ожидая от Виктора ответного выпада.
– Да! – громко начал Витя. – Дайте ему время! Да только если он решил забыть о лишних ртах, времени, которым вы так щедро разбрасываетесь, у вас уже нет!
Люди начали спорить с самими собой.
– Я прошу вас! – крикнула Татьяна Васильевна. Лицо её от возмущения покраснело. – Не надо паники! Не забывайте, что еда только у Петра Сергеевича, и только он нас кормит…
– Подопытных мышей тоже кормят, – грубо вмешался Виктор, – да только, пока у тех почки отслаиваться не начнут!
– Короче, ладно! – вставил свой голос механик. – Я согласен, что сидеть сложа руки бессмысленно, и готов помочь! Пошли мужики, посмотрим, куда вообще попали.
Несколько мужчин направились вглубь тоннеля. Витя оглядел толпу, окружившую его. У половины не было и желания идти на уступки, но многие уже успели поменять мнение.
– Все остальные. Либо добровольцами в помощь, либо по углам и не мешаться. Когда выдадут еду – посмотрим кто больше проголодался.
– Что? – скривилась Татьяна Васильевна. Её лицо, казалось, лопнет, а белые кудри на голове, казалось, зашевелились. – Да кто ты такой, чтобы приказы раздавать?!
Витя одарил её тяжёлым взглядом, с которым спорить–то и не хотелось.
– При нынешней ситуации, Татьяна, как раз таки, твоё мнение здесь мало что значит. Ты находишься здесь, а значит твоему начальнику на тебя наплевать. И я настоятельно рекомендую меня не злить, – грубо пробурчал он.
Она хмыкнула:
– Посмотрим, к кому люди прислушаются. От меня помощи не жди.
Здоровяк отмахнулся.
Народ зашевелился, но многие рассосались по углам. Витя с печалью на лице посмотрел на дверь бункера: «Марина, что же там с тобой?»
– Кстати, а что этот мудак про еду говорил?
– Пётр? – спросил Саврас.
– ДА, БЛИН, ПЁТР!
– А что он сказал? Сказал, что будет выдавать. Что, когда, в каких количествах – загадка. По прибытии дал пятилитровую баклаху воды и смылся.
– Где же она?
– Я её и сам не видел. Тут все, как гиены на дичь, на неё накинулись. Половину расплескали. Вот и всё!
Витя тяжело вдохнул, приложив ладонь ко лбу:
– А с этими что? – спросил Витя, глядя на сидячих у стены угрюмых людей.
– Их родные не успели… у кого дети…
Витя посмотрел на дверь бункера и задумался:
– Пусть возьмут себя в руки.
Саврас огляделся.
– Мне им хорошее настроение наколдовать? Нет уж… – возмутился Лёша.
Виктор был на голову выше парня в два раза шире, хоть и тот казался довольно крепким. Тут Саврас усмирил тон увидев внушительный взгляд.
– Я согласен помогать, но давай задания по–реальнее…
– Извините, – прозвучал милый голосок Елены, принявшей обязанности медсестры. – У некоторых больных сильный жар. Кто–то вообще сознание потерял. И сильные боли…
– И?
– Нужны хоть какие–то антибиотики, спирт или хоть что–то.
– Саврас, – Виктор горестно взглянул на дверь бункера, через которую так недавно смотрел на единственного любимого человека.
– Я!
– Иди, выпрашивай медикаменты.
– Тьфу ты…
Пётр вошёл в смотровую в шёлковом светло–сером халате и обратился к охраннику Дмитрию и программисту Анатолию.
– Какие новости?
Оба сидели в кожаных креслах в маленькой комнате перед панелью и вдумчиво вглядывались в мониторы, которые отражали ситуацию на поверхности.
– Трудно сказать, но уровень радиации колоссальный. По сути, всё живое должно просто умереть, но… – неуверенно начал Анатолий.
– Что? – спокойно спросил Пётр и отхлебнул красного сухого из хрустального фужера.
– Я наблюдаю активность, причём бешенную.
– В каком смысле? – Пётр прищурился.
– Да как будто над нами мегаполис в будний день. Сейсмограф ещё глючит. Судя по его показаниям, в этой области должно быть лёгкое землетрясение. Но по факту его нет.
– Датчики накрылись? – спросил охранник, утонув в кресле. Он сидел, облокотившись левой рукой на металлическом подлокотнике кресла, опираясь кулаком в подбородок.
– Никаких неполадок я не вижу, но…
– Короче! Жить там можно? – вставил Пётр.
– При такой радиации – самоубийство, но…
