Вышла я из дому, каждому пришлому —
В пояс поклон.
В ветках берёзовых, в сетках осоковых
Спрятался звон.
Неимоверная, тяжесть неверная
Тянет к земле.
Высокомерная, гордость померная
Правит в тепле.
Я за кометою падаю, сетую
Искрой во тьме.
И недопетою, песней не спетою —
Стих в вышине.
Мой кот не спит. Глухая ночь
Скребётся мышью в потолке.
Слипаются шаги и прочь
Уходят в полночь налегке.
Там в облаках замёрзший сыр,
Изъеденный мышами и скворцами
До масляных огромных дыр,
Всё ж не рассмотренных слепцами.
Там в абсолютных холодах
Молочных звёзд застыли реки.
Там мы остались в детских снах
Непобедимыми навеки.
Там за невиданной мечтой
Отправлены скорей ракеты.
И майской шумною толпой
Мы в счастье летнее одеты.
Там что-то есть, чего здесь нет!
И оттого приятно вспомнить.
Ах, котик, котик, хочешь есть?
Но кот молчит и тигром смотрит.
Я вплываю в Венецию жизни моей
Без затей, без потерь, без любви.
Всё оставила в память людей,
Затерявшихся где-то вдали.
Тонким улицам, длинным каналам
Подарю свою верность я,
Чтобы сердце вовек не знало,
Что чужая милей земля.
И в морском своём дивном царстве
Разведу голубей и рыб,
Чтобы каждый в своём мытарстве
Всякий был обогрет и сыт.
И воздастся хвала Святому
От моих потускневших губ:
"Боже, дай же теперь любому
То, чему он так горько люб!"
И легко так с железным стоном
Где-то там отойдёт душа.
Колокольным весенним звоном
Её Русь до сих пор жива.
Я за верой ушла к солнцу
В ту страну, где звучит молот.
Моё сердце звенит громче,
В моё сердце рассвет вколот.
У тебя на плече ветер
Примостил свои Бог крылья.
У меня в багаже лютня.
У неё золоты струны.
Корабля не видать парус.
У него он совсем алый.
Только камень в песке, конус,
Загорел докрасна, чёрный.
А в ногах у тебя пёсьи,
Точно смерть, подобрал быстрых…
И я часто веду споры
Для чего нам даны ссоры.
Я за правдой уйду в горы,
В те места, где поёт птица.
У неё голубы перья,
И не может она злиться…
Я за счастьем уйду в море
Собирать по волнам звёзды.
Ты дождись меня, я вскоре
Навещу тебя в час боли.
Луна задвинута за угол неба,
И солнечный опущен абажур.
И шут убит. На сцене время
В песке зарыто, словно шнур.
Мурлычет арфа звонким альтом,
Хрустя изломанной струной.
Задушен рифмой текст. А завтра —
Трагедия, премьера, моя роль…
Печалями печаль не утолишь.
За горем горя не забудешь.
Ты оттого порой не спишь,
Что никого, мой друг, не любишь.
– "Что, одиноко?" – "Не совсем.
Бывают дни, когда прохладно."
Безумствует твой белый плен.
Мир заметает снегом жадно.
От снега всё белым-бело…
Как удивительно цвести зимою!
А я устала ожидать всего,
Что происходит и не здесь, и не со мною.
Его загадочна судьба. Смотри, смотри,
И в декабре цветы бывают!
Вот-вот, в морозы расцвести
Не каждому по жизни выпадает.
Вот первый, вот второй, вот третий…
Все опадут к началу ноября.
Всех разнесёт усталый ветер,
Как годы развели тебя-меня.
И стоит ли лукавить, врать, трепаться,
Выдумывать причины и слова?
Нет, просто не смогли мы задержаться
И полегли, как жухлая трава.
Вот я. И осень вот.
И дней водоворот
Сплетает судьбы и событий ряд,
И всё, и каждого подряд.
И в вышине, и в глубине,
По чьей-то маленькой вине
В моей блистательной судьбе
Блистать – не по себе.
