Ради мужского внимания Ольга готова на многое. Она стремится показать окружающим, свою исключительность и неизменно одерживает лёгкие победы. Но куда приведут, эти ненасытные желания, никто не знает. Чем грозит, стремление покорить любого мужчину?
Часть 1
Глава 1
Тонкая нить аромата с нежной нотой жасмина дрогнула в воздухе вестибюля, и заставила осматриваться всех, кто там находился. Она пролетела где-то рядом, но каждый почувствовал близкое присутствие той, что оставила эту нить.
В конце коридора – стройный силуэт и удаляющийся стук шпилек.
– Стерва, – послышалось где-то рядом.
В списке претендентов на вакансию референта уже отмечено человек пять из тринадцати. Судья Зайцев отмечал галочкой фамилии тех девушек, которые казались ему наиболее опытными и компетентными. Судья старался тщательно присматриваться и задавать такие вопросы, ответы на которые означали не случайное знакомство с профессией. В принципе, выбирать можно уже из этих пяти. Но в вестибюле ожидало ещё несколько девушек, и ради справедливости Зайцев решил опросить всех. Вдруг, там за дверью есть ещё кто-то, талантливый и разбирающийся в деле, а Зайцев пропустит такую кандидатку.
Протестировал ещё троих. Устал, хотелось пройтись и размять затёкшие ступни, выпить кофе и вообще, поскорее закончить это собеседование. Помощница Василиса сказала, что осталось только трое, Зайцев решил потерпеть ещё полчасика.
Пока он разглядывал список и мысленно предполагал, кого из пяти отмеченных кандидаток выберет, дверь приоткрылась и в кабинет вошла следующая девушка. Зайцев не стал смотреть на неё сразу, а принял занятой вид и что-то отметил в бумагах, там, где список вопросов. Он решил сократить его, чтобы сделать собеседование более коротким.
После всех этих манипуляций он поднял взгляд и – застыл.
Несколько мгновений он смотрел. Почесал подбородок и снова порылся в бумагах. Что он там хотел найти, сам не знал, но только движения эти были не запланированы и совершенно спонтанны. Судья забыл с чего начинать. Василиса вопросительно посмотрела на него.
– Э-э. Как ваша фамилия? – попытался он скрыть моменты неловкости.
– Ольга Орлова, – ответила девушка.
Голос её бархатный, тихий. Орлова. И фамилия. Какая чудесная фамилия.
– Так, – протянул Зайцев, – хорошо. Закончили курсы?
– Да, я только, только закончила курсы, но я очень исполнительная. Могу всё, что скажете.
Зайцев глянул в её глаза и тут же отвёл взгляд. Она сделает всё, что он ей скажет. Судья помолчал ещё немного, для важности. Он почесал лоб, незаметно смахнул капельку пота и посмотрел в окно. Зайцев как будто задумался, но мысли его в этот момент – очень просты. Непременно, она должна сидеть за столом возле его кабинета. Именно эта девушка и ни кто другой.
– Хорошо, – сказал он и поставил огромную галочку напротив её фамилии, – завтра можете приступать к работе.
Вопрос в глазах Василисы. И очаровательная, благодарная улыбка Орловой.
– Спасибо, спасибо. Вы не пожалеете, – и она вышла.
Зайцев откинулся на спинку кресла и мечтательно посмотрел на дверь.
– Что это было? – обернулась почти возмущенная Василиса. – Я не узнаю тебя. Мы хотели нанять специалиста, а не какую-то девку.
– Я хочу её.
– Понятно. Опять придётся делать всё самой. Ты даже не спросил её, что она может. Надеюсь, хоть печать умеет? О Господи! Юра, зачем тогда всё это было нужно?
– Не злись. Мы заставим её работать. Не волнуйся.
Василиса вздохнула, взяла сумку и вышла.
А судья Зайцев подкурил сигарету и мечтательно посмотрел в окно.
“Неужели нашел”.
Глава 2
Смазливое личико, тёмные, вьющиеся от природы густые волосы, были бы просто украшением для любой девушки, но у Ольги было ещё кое-что. Тело. Невероятное с потрясающими округлостями тело.
Можно сколько угодно говорить о стройности и худобе, о диетах и разных возможностях, но то, что дано природой, этого не заменишь ничем.
А тут – природа постаралась на славу. Тонкая шея, округлые плечи, сочная грудь, стремящаяся наружу, способная довести до треска любые застёжки. Это только самое начало, первые секунды. Дальше, талия с таким изгибом, от которого просто перехватывает дыхание. Бёдра, там, обычно останавливался взгляд. Каждый, кто смотрел на эти бёдра обтянутые черным стрейчем юбки, не мог, просто не мог осмыслить, как такое может быть. Крутой изгиб этих бёдер, почти круглый, переходил в то, что осознавать всё в целом было ещё сложнее. Там, в темноте разреза юбки, ноги в черных колготах, что плавно, словно сосуды переходят в замшевые лодочки на шпильке. Такие ножки – не каждый день увидишь.
На столе у Ольги бардак. Папки, папки. Куча не разобранных дел.
Когда это кончится? Эти люди как будто нарочно несут всё сюда, чтобы завалить её работой. Сговорились ненавидеть – всем миром.
А за что? В чём её вина? Почему все с таким усердием стараются ненавидеть?
А вина её в том, что мужчины почти сворачивают шеи, стараясь разглядеть каждое движение её тела. В том, что в вестибюлях и на лестничных площадках городского суда, замирало всякое действие, прекращались разговоры всякий раз, когда Ольге доводилось там пройти.
