Мишка подкинул на ладони статуэтку, с отчетливой зарубкой на загривке и, прямо-таки с наслаждением выпуская наружу фамильную лисовиновскую ярость, прошипел злющим голосом:
– Властвовать надо мной захотел, паскуда! Я те покажу, как надо мной властвовать… я вам всем, бл…м, покажу, как властвовать!
Если раньше Мишка убирал лиса в подсумок бережно, то сейчас, ухватив фигурку за хвост, грубо сунул ее головой вниз, закрыл подсумок и зло прихлопнул его кулаком к боку.
– Чего встали? – раздался рядом окрик Дмитрия. – Минька, Матвей, чего у вас тут?
– Минька… вылечился… – растерянно произнес Матвей. – Не знаю, от чего, но вылечился!
– Ты ребенку руку посмотрел? – рявкнул Мишка.
– Так… слышишь же – не плачет…
– Я не спрашиваю: плачет или не плачет! Я спрашиваю: ты посмотрел? – Мишка уже не шипел, а рычал. – Отвечать, когда тебе старш… боярич Лисовин вопрос задает!
– И правда, вылечился, – не менее растерянно, чем Матвей, протянул Дмитрий.
Дорога приближалась к концу, до хутора оставалось уже около версты. Мишка мотался вслед за Дмитрием от головы колонны к хвосту и обратно, вместе со всеми преодолевал на рысях затененные участки дороги, ловил на себе любопытные взгляды урядников (то ли «излечение» проявилось как-то во внешности, то ли Дмитрий рассказал), а сам раз за разом прокручивал в уме события похода за болото, пытаясь понять: что же происходило на самом деле и что послужило причиной действий Алексея и деда.
Все было как-то «не так». Алексей – не тот человек, чтобы не выполнить прямой приказ сотника, дед никогда и ничего не делал «просто так» и во время разжалования Мишки, хотя и был зол по-настоящему, но некая наигранность в его поведении все же улавливалась. Ратники, что ратнинские, что погостные, как-то уж очень подчеркнуто пренебрежительно относились к отрокам Младшей стражи, хотя в их словах и поведении несколько раз проскользнула смесь удивления и одобрения – «хорошо вас учат». Ну ладно бы ратнинские – у них вроде бы имелись причины относиться к «Мишкиным щенкам» настороженно, но погостные-то вообще видели Младшую стражу впервые в жизни, да и не слыхали о ней наверняка!
