Вдруг он обнаружил, что сидит в пустой комнате у Палмера Элдрича на Луне, напротив стола и стоявшего на нем электронного устройства. Это устройство, или аппарат, — чем бы оно ни было — сказало:
— Да, я видел памятник. Он существует в сорока пяти процентах вариантов будущего. Это меньше одного шанса из двух, так что меня это не слишком волнует. Угощайся. — Устройство еще раз протянуло ему зажим с сигарой.
— Нет, — сказал Лео.
— Я собираюсь тебя отпустить, — сказало устройство, — на какое–то время, скажем, на двадцать четыре часа. Можешь вернуться в свой кабинетик в своей убогой фирме на Земле, а когда ты там окажешься, я хочу, чтобы ты хорошо подумал. Ты уже познал силу Чуинг–Зет. Ты понимаешь, что твой допотопный продукт, Кэн–Ди, не может с ним конкурировать. Более того…
— Дерьмо, — сказал Лео. — Кэн–Ди во много раз лучше.
— Ну подумай, — убеждал электронный прибор.
— Хорошо, — сказал Лео.
Он с трудом встал. В самом ли деле он побывал на искусственном спутнике Земли под названием «Сигма 14В»? Это была задача для Феликса Блау; этим займутся эксперты. Сейчас об этом не имело смысла беспокоиться; сейчас его волновали другие проблемы. Ему все еще не удалось освободиться от Палмера Элдрича.
Он мог освободиться лишь тогда — если вообще мог, — когда Элдрич захочет его отпустить. Такова реальность, хотя согласиться с ней было необычайно трудно.
— Я хотел бы обратить твое внимание на тот факт, — сказало устройство, — что я проявил к тебе милость, Лео. Я мог бы, скажем так, поставить точку в той фразе, которая включает в себя твою довольно короткую жизнь. И я могу сделать это в любой момент. В связи с этим я надеюсь, ты очень серьезно отнесешься к моему предложению, я настаиваю на этом.
— Я уже сказал, что подумаю, — ответил Лео. Ему было немного не по себе, как будто он выпил слишком много кофе; хотелось как можно скорее уйти. Он открыл дверь и оказался в коридоре. Когда он начал закрывать за собой дверь, электронная игрушка сказала:
— Если ты не примешь моего предложения, Лео, я не стану ждать. Я убью тебя. Мне придется это сделать, чтобы спасти себя. Понял?
— Понял, — ответил Лео и закрыл за собой дверь.
«И я тоже, — подумал он. — Должен тебя убить… Почему мы оба не можем выражаться иносказательно, например, так, как говорят о животных: усыпить?
И мне придется это сделать для того, чтобы спасти не только себя, но и все человечество, и в этом мое оправдание. Я должен это сделать хотя бы ради тех двоих эволюционировавших солдат, которых я встретил у памятника. Чтобы им было что охранять».
Он медленно шел по коридору. В другом его конце стояла группа репортеров. Значит, они еще не улетели, даже еще не взяли интервью — времени прошло немного. Так что в этом отношении Палмер был прав.
Присоединившись к репортерам, Лео расслабился и почувствовал себя значительно лучше. Возможно, теперь ему удастся уйти. Возможно, Палмер Элдрич в самом деле собирается его отпустить. Он будет жить и снова дышать, видеть и пить в настоящем мире.
Однако где–то в глубине подсознания он знал, что это не так. Элдрич никогда бы его не отпустил; сначала один из них должен погибнуть.
Лео надеялся, что это будет не он. Однако, несмотря на памятник, у него имелось жуткое предчувствие, что он может проиграть.
Дверь в кабинет Барни Майерсона распахнулась, и на пороге появился Лео Булеро, сгорбленный от усталости и покрытый дорожной пылью.
— Ты не пытался мне помочь.
— Да, не пытался, — не сразу ответил Барни. Не имело смысла объяснять почему — не из–за того, что Лео не мог понять или поверить, но из–за самой причины. Ее было просто недостаточно.
— Ты уволен, Майерсон, — сказал Лео.
— Ну что ж, хорошо.
«По крайней мере, я жив, — подумал Барни. — А если бы я полетел за Лео, был бы уже мертв». Негнущимися пальцами он начал собирать со стола свои вещи и бросать их в пустую коробку из–под образцов.
— Где мисс Фьюгейт? — спросил Лео. — Она займет твое место. Он подошел ближе к Барни и испытующе взглянул на него.
— Почему ты не прилетел и не освободил меня? Назови, черт возьми, хоть какую–нибудь причину, Барни.
— Я заглянул в будущее. Это мне слишком дорого бы стоило. Это стоило бы мне жизни.
— Но ведь тебе незачем было лететь самому. У нас большая фирма. Ты мог набрать людей, послать их, а сам мог остаться здесь. Верно?
Это было действительно верно. А он о такой возможности даже не подумал.
— Значит, — продолжал Лео, — ты, видимо, хотел, чтобы со мной что–то случилось. Другого объяснения я не вижу. Может, ты сделал это подсознательно. Да?
— Наверное, да, — согласился Барни.
Ведь он действительно не отдавал себе в этом отчета. Так или иначе, Лео был прав; разве иначе он бы не взял на себя ответственность, не позаботился бы о том, чтобы — как предлагал Блау — отправить на Луну отряд вооруженных сотрудников «Наборов П. П.»? Теперь это казалось таким простым и очевидным.
