Я не верблюд, но плюнуть хочется,Когда стоят мужчины в рядСреди тупых и жирных баб,И им любить уже не хочется,И им мечтать уже не хочется.То — подкаблучников отряд.Жена сказала — он на цырлах,Жена прикрикнула — он тих.Собачка на веревке в цирке.И в ридикюлях трепет стих.А вы когда-нибудь любилиСвой разум и свои мозги,О чем забыли, что пропили,За сиськи, слезы жен, брюзги.Мелькают дни, в колесах спицы.В глазу оплывшем нет ресниц,Вам спится или вам не спитсяВ объятьях жирных ягодиц?
«Я стояла, я терпела…»
Я стояла, я терпела,Поп молитву тихо пел.Время быстро пролетело?Ветер быстро пролетел.Я хочу в свою пустыню,Бросив груз своих страданий,Я ругаюсь по-латыни,Не шепчу я заклинанья.Вечер, речка, лес, Луна,Как всегда — ни с кем, одна.О, звезды моей пророчества,Ты прекрасно — одиночество.
«Я знаю в небе чистом…»
Я знаю в небе чистомСбываются мечты,Сияние лучистое меня коснешься ты.Зашелестят березы, согнувшись на ветру.Пусть явью станут грезы,Мученье я сотру.Не каплями слезинок, а капелькой росыВойду, чиста, невинна.Распущенность косы.Не белая рубаха, не голова на плахе.Свободная, — я небыль?Нет это явь и быль.Я вспомню — не забуду,Свет, искры не забыть.Я в небе, я не буду,Je suis, и буду быть.
«Так больно тяжело, я понимаю…»
Так больно тяжело, я понимаю,Когда детей своих теряют.Печаль и слезы без конца.Сумел ты жить, а я не знаю,Я умираю не страдая,Смогу ли жить я без отца.Совсем одна — без теплых рук,Совсем одна, но с тысячей разлук.Слова и символы не утешают.Секунды мечутся и тают.Остановить сумею сердца стук.Прощальное тик-так, последние тук-тук.
«Слезы — это счастье, слезы — это горе…»
Слезы — это счастье, слезы — это горе.Слезы — это радость, так тому и быть.Если спозаранку сыпать соль на ранку,Так тебе приятно рану бередить.Чуть впадешь в забвенье,Снова приведеньем станешь предо мной.Ты еще не умер, ты моё везенье,Ты моё страданье, ты ещё живой.Может быть согрею, может искусаю,Мне совсем не трудно волком серым быть.Загрызу не сильно, жить тебя оставлю.Сильно — больно солью раны бередить.