Тяготит ли присутствие чье-то,или ты переносишь вовнекамень сердца. И камень-болотопод ногами скрипит. Ледяная работабыть вдвоем, словно сложен вдвойне.Среди вмерзших кварталов равниныобезлюдела, стала во льдутень двукрылая, тень двуединойкамень-птицы, летящей на юг воробьиный,но летящей не двигаясь, не шевелясь на лету.Ноябрь 1971<p>Обводный канал</p>
Крутой зрачок…
Т. Б.Сумерки. Дождик частит.Тусклые вспышки на черном.Тускло зрачок твой блестит,влагой ли, злобой налит,духом ли тронут тлетворнымсвалок, каналов, обид.Взглянешь – спешит, отходяв тень запредельного дома,с шумом смешаться дождя,копотью стать невесомой –пуганый путник, погромови революций дитя.Или опустишь глаза –вздрогнешь. Вертится в канавекрасного света фреза,тьму и грызет, и буравит…Октябрь 1971<p>В Екатерининском канале</p>Словно еще не построен – еще только брезжит в умеумершего архитектора – зыблется в желтом каналешестиколонный ребенок, дитя щегольства и печали,каменнолицее чадо, в зеленой зачатое тьме.И, наклонясь над водой и вплетаясь в орнамент перил,частью чугунной решетки внизу обретаясь,вижу, как некогда зодчий стоял, и струясь, и шатаясь,над повторением зданья, которое сам повторил,взявши за образец особняк италийского князя,виденный смутно в покинутом детстве, на дне…Все – отражения, Боже, и все, искажаясь во мне,так же относится к жизни, как цепи-гирлянды на вазегипсовой – к розам живым, к розам, какие стоятна подоконнике дома в незримом стакане,в подозреваемом только стекле среди брызг и мельканьяотблесков стекол, пронзающих зыбкий фасад…Январь 1972<p>Канал Грибоедова</p>И праздник мусора. И мутный праздник бреда.И воскрешенье камня в желтизнеканала имени страдальца Грибоеда,канала с небом мусорным на дне.Не год ли был грибной? не год ли был как дождик,что верх и низ, вершина и дырав тебе теперь тождественны, художникпромозглого гусиного пера?В торжественной игре окаменелых дымовс грядой камней струящихся не ты льна двойников туманный поединокглядишь, писатель, обращенный в пыль?Не я ли здесь дышу той зеленью и пылью,той смесью пыли и воды,что в имени твоем грибного изобильябосых ступней оставила следы?Скрипят промерзлых волн дощатые колеса,и робкий реденький снежокв белесом сумраке летит простоволосо –пунктир, прочерченный легко, упавший косо…На саван-день положенный стежок.Февраль 1972<p>Невский мыловаренный завод</p>Повеситься на стыке двух культурпоможет мыловаренный завод,чьи окна тускло смотрят на Неву,чей, вывалясь, язык багров до синевы.1970<p>Предвестник</p>
