Короткевич Владимир
Стихи
Пераклад: Анатолий Уткин
Тавры
В.Б.В-ч
Тавры жили, как все народы:
Воевали,
Любили,
Беседы вели,
Пили водку,
Сливались с родною природой...
Поработали,
Песни сложили,
Ушли.
Но совсем
Без следов
Ничто не уходит.
До сих пор
По просторам родной стороны,
Средь людей,
Позабытые, тавры всё бродят
И сами не знают - кто же они?
На развалины стен - тех, что строили прадеды,
Глядят, как бараны на новый заплот:
"Почему наши пращуры с долей не ладили?
Что тащило их в горы?
Внизу же - тепло!"
Дремлет Кошка-гора,
Дремлют тавров руины.
Я стою, представляя,
Что я не изгой,
Не поэт с беларусских пригорков синих,
А последний из тавров
С их горькой судьбой.
О, как обидно за эти обломки!
О, какой ядовитый забвения дым!..
Не дай Бог, когда и на нас
Потомки
Поглядят,
Как мы
На тавров
Глядим.
Беларусская песня
Где мой край? Там, где вечную песню поет Беловежа,
Где закаты над Нёманом, словно пролитая кровь,
На холмах Наваградка, где дремлют суровые вежи,
Где вишневые кроны глядятся в широкий Днепро.
Ты лежишь там, где синяя Припять так ласково вьется,
Где София, как белая лебедь, плывет над Двиной...
Там, где сердце мое с первым шагом, как молот, забьется,
Даже если б слепым я пришел на свиданье с тобой.
Что слепым! Даже мертвым я вспомню высокие звезды,
Над рекою багряной и темной полет кожанов,
Белый парус на синих озерах, широких и гордых,
И боры-океаны, и небо - цветение льнов.
Где мой край? Там, где люди вовеки не будут рабами,
За похлебку влачащими жизнь в безнадежной тюрьме,
Где мальцы-удальцы молодыми взрастают дубами,
А мужчины, как скалы: ударишь - сломается меч.
Где мой край? Там, где мудрые предки средь сосен уснули,
Там, где женщины - сон во стогах под июньской зарей,
А девчата, как дождь золотой. А седые бабули,
Как жнивье с паутиньем, как солнце осенней порой.
Там бессмертные песни звенят, несказанное чудо,
Там от века звучит мой язык, словно звонкий булат.
Этот гордый язык - мы его и тогда не забудем,
Когда солнце с землею в последний погрузятся мрак.
Ты - наш край. Ты - цветущая груша над дедовским домом,
Метеоров осенних густых фосфорический рой,
Ты - наш стяг, и тебя никому ни за что мы
Не дадим опоганить, забыть иль попрать чужеземной ногой.
Мы клянемся тебе бороздой своей первой на поле,
И последним дыханьем своим, в небытье уходя,
Мы клянемся тебе, что ни в горькой, ни в радостной доле
Никогда,
Никогда,
Никогда
Не покинем тебя.
Братья по несчастью
Ай, Аю-Даг, что ты делаешь с морем?
Думаешь выпить до дна, оглашенный?
Брось, набухторишься только с горя
И не напьешься, ведь море соленое.
Брось эту пьянку, лихая головушка,
Чтобы наутро с тоски не повеситься:
Лодка с твоею любовью-соловушкой
Очень далеко, у лодочки месяца.
Лучше давай я вина раздобуду,
И под кефаль усидим его разом...
Выпьем за губы моей златокудрой
И за измену твоей черноглазой.
* * *
Помесь Буратино с Аэлитою,
Звездочка морозная в окне,
Грустная, красивая, забытая,
Вечером приходишь ты ко мне.
Тихая, немножечко смешливая,
Шепчешь: "Я устала, погоди"...
А потом, доверчиво-счастливая,
Засыпаешь на моей груди.
И молю я солнце, небо, звезды:
Пусть горят извечно над тобой,
Над пережитой обидой слезной
Постоянство, нежность и любовь.
Пусть судьба к тебе не будет строгой,
Ласково положит на песок,
В головах воздвигнет гор отроги,
Вспенит море доброе у ног,
Пусть накормит теплой ласки хлебом,
Горьких сожалений снимет боль.
И тогда я стану вечным небом,
Синим вечным небом над тобой.
Кипарисовые шуточки
Нету берез. Одни кипарисы:
Будто торчком поставили лисы
Хвосты зеленые, необычайные
В город зашли, такие отчаянные.
И ты со мною совсем как лисица,
Смех на беленьких зубках искрится.
Смеешься, играешь в чижики-пыжики.
Лисица. Только обычная. Рыжая.
Глупого волка ко льду приморозила,
Да только и ждешь, чтобы броситься в лозы,
Кликнуть братцев своих кипарисов,
Зеленых лисов, зеленых лисов,
Выставив хвост, разразиться над бедным
"Рогатый, рогатый!" - смехом победным.
