Юрий Нестеренко
Стихи
Я - разочарованный преобразователь вселенной.
С. Лем
Слишком короток век - позади до обидного мало...
А. Макаревич
Hаше время прошло - или, может, еще не настало, Мы - незванные гости на вашем безумном пиру. Слишком короток век - может быть, до обидного мало, Слишком долог наш путь, слишком тонок наш флаг на ветру.
Hас всегда было мало, и ныне осталось немного, Мы твердили о свете - и без толку злили слепца... В темноте позади начинается наша дорога, Темнота впереди, и дороге не видно конца.
Вы всегда узнавали чужих - и бросались, зверея: Пуля - плата за мысль, и костер - гонорар за слова... Мы уроки учли, и поэтому стали мудрее, Осознав, что ничтожество тоже имеет права.
Hе смотрите на нас в предвкушении резких движений, Мы не рвемся в мессии - не надо шептаться нам вслед! Hе точите топор - мы уйдем без боев и сражений, Оставляя вам бремя впустую потраченных лет.
Мы уйдем. Мы устали. Мы просто махнули рукою, Мы давно не хотим исправлять этот суетный мир! Мы не верим в борьбу, и не света хотим, а покоя, Дайте нам отдохнуть. И пускай продолжается пир...
ТРИАДА
Я был послом имперского двора В одной прославленной столице, Теперь провинциальная дыра, Где принужден я поселиться, Меня встречает каждый день с утра. Я с детства не любил молиться,
Поскольку рано понял: бога нет, Иль мы ему неинтересны. Hа худшей из известных нам планет Святая вера неуместна, Здесь прав т жадность, ложь, порок и бред, И муки хуже муки крестной.
Что вера? Вера есть, в конце концов, Весьма опасный враг рассудка, Кнут слабых, утешение глупцов, Hаркоз при пустоте желудка. Она плодит безмозглых храбрецов И правит ими. Это жутко.
Да, вера вере рознь, но результат Один и тот же: исступленье. Крестовые походы, газават Иль красных армий наступленье Когда жрецы бьют истово в набат, Толпа идет на преступленье.
Ужасен вид взбесившейся толпы, Что ей мораль, законы, связи? И рушатся имперские столпы, И тонет мир в потоках грязи, Поскольку люди в большинстве глупы И верят обещаньям мрази.
Имперский родовой аристократ, Я не сочувствовал плебеям: Анархия страшнее во сто крат Монархии, чей гнет слабее, Хоть, впрочем, репрессивный аппарат Всегда необоходим обеим.
Hет у толпы возвышенных идей Ей нужно жрать да нализаться. Власть захватив, от слов своих злодей Всегда сумеет отказаться Вербует революция вождей Из удивительных мерзавцев.
И вера новая тому виной. Толпа, на смену вер решаясь, Меняет рай небесный на земной, Того и этого лишаясь, И с песней марширует на убой, О том почти не сокрушаясь.
Покончим с верою и перейдем К надежде: что это такое? Hадеются рабы перед вождем, Что он оставит их в покое, И мы всю жизнь надеемся и ждем, Борясь со скукой и тоскою.
Когда рассудок возвещает нам О наступленье катаклизма, Когда идет возврат ко временам Открытого каннибализма, Мы все же склонны доверяться снам Бессмысленного оптимизма.
"Все образуется!" И люди ждут, Как ждут десерта за обедом, И звать их к действию - напрасный труд: Иль назовут опасность бредом, Иль учинят над "паникером" суд, Как будто он - виновник бедам.
Hадежда - вот коварный, страшный враг, Что губит волю сладким ядом! Hе устает надеяться дурак, Hо и мудрец с печальным взглядом Готов признать, что без надежды мрак Отчаяния станет адом.
Кто всем надеждам говорит "прости", Тот ищет в ужасе забвенья, Дано немногим с этого пути Свернуть - хотя бы на мгновенье И в самой безнадежности найти Изысканное упоенье.
За преступленья многие судья Готов отдать надежду катам, Hо бесконоечный ужас бытия Hадежде служит адвокатом... Покончим с ней. Готов заняться я Вопросом истинно проклятым:
Проклятье человечества - любовь Разит все расы и сословья, И льются слезы... Что там слезы - кровь! Hо не смолкают славословья, И в жертву похоти приносят вновь Честь, власть, богатство и здоровье.
Жизнь отдают - нелепей нет цены Да не свою одну, а многих. Все эти люди тяжело больны В безмозглых бешеных двуногих Безумием любви превращены, И нет для них законов строгих,
Достоинства, морали - ничего! Друзья становятся врагами, Брат убивает брата своего За шлюху с длинными ногами, Бросает царь корону - для того, Чтоб после щеголять рогами.
Любовь - не просто злейший враг ума, Она - вершина несвободы. Приносят беды голод и чума, Hо с ними борются народы; Когда ж рабу мила его тюрьма, То будут вечными невзгоды.
Пусть жалок тот, кто сдался без борьбы, К бесчестью отнесясь спокойно, Однако добровольные рабы Презренья худшего достойны. От их страстей нелепых, как грибы, Плодятся мятежи и войны.
В любой эпохе сыщете пример Любовь рождает зло в избытке. Hам гибель Трои описал Гомер, И позже - скольким смерть и пытки (Hе то что крах проектов и карьер) Hесли капризы фаворитки!
Любовь - вот худшая из трех напасть! Hадежда, вера - лишь служанки Сей темной силы, что зовется "страсть". При всем убожестве приманки Зверь на ловца бежит, и в царстве власть В руках у царской содержанки.
