А город не верит ни в память, ни в стих,Ни в женский глазной хрусталик —Вот ночь, и на ней — фонарь блестит,И нет никаких весталок.***А мы с тобой забыли о часах,Мы две зари при встрече помирили,Заворожённый в праздничном берилле,Наш день был щедр, покуда не иссяк.***Оглох переулок, соборные рёбра застыли,Окошко не стукнет, не брякнет задвижка ночная,Луна отыскала осколок разбитой бутылиИ тихо играет, в алмазы его превращая.***Мир входит, кинолентами опутан,Зерном в экран и студнем в решето,Мир бредит, как помешанный компьютерИ словно растворяется в ничто.***Красочный блик для картины Нью-Йорка,Символ его тематической сложности:Персики зреют у нас на задворках,И виноград оплывает на ножницы.***Рассвет горел румянцем ледяным,Сияньем винным в хрустале древесном,Стеклянный голос ряженого лесаГремел с утра, и плыл каминный дым.Деревья, как холодные костры,Серебряное изрыгали пламя,И к стёклам побелевшими губамиПрижались оснежённые дворы.***Нью-Йорк не даётся — Нью-Йорк сквозь пальцы течёт,Окна, летя по ветру, теряют улицам счёт.Нью-Йорк обжигает пальцы жёсткой своей корой,Как горячий каштан в мороз на Сорок Второй.***Это лето для нас водопадной водой завершилось,Мы на память берём нестареющий вид из окна,Кленовый листок в значке полицейской машины,Виноградную гроздь и цветную бутылку вина.***Плыли лилии в клюквенном морсе,И знобило осину в лесу,Отраженья разбойничьих КорсикПроходили во сне по лицу.***Острый парус струится над лесом,Над столетними соснами вея —Я вишу под упрямым навесом,Привязавшись к бумажному змею.***Кем будешь? Бессонницей синей,Богиней из пены морской,Сиянием камня Бернини,Моей ли нью-йоркской строкой.***Там у доски сломался школьный мел —Кусочек детства в нём окаменел.<p><strong>СТИХОТВОРЕНИЯ РАЗНЫХ ЛЕТ (не вошедшие в данное бумажное издание)</strong></p><p><strong>Саардам</strong></p>Лопасти ветряной мельницы,Хлопающая ставня у окна,Лодка за окнами на мелиС парусом холщовым видна.Стружка под стульями рыжая,Рубанок, два отвеса, скоба,Рубаха мокрая, хоть выжми,Резкая конвульсия лба.Кружка в меди подстаканника,Водочная бутыль полпуста.Плотник из гавани Петр МихайловЖирную селедку жует с хвоста.1951<p><strong>«Вминаются ноги в мокрую глину…»</strong></p>
