На самом деле было ничего не нормального. Кажется, у меня перелом ребра, сотрясение и сильные ушибы, но говорить об этом никому не стала. Малдор, у которого было много глубоких ран, сейчас бодр и невредим, а всё потому, что регенерация у вампиров на высшем уровне, как и у ведьмаков.
Одна я молчала и терпела боль, стиснув зубы. Моя регенерация действовала намного медленнее, что странно.
Портал из леса выкинул нас на дорогу в ночной город. Как выяснилось позже, именно в этом королевстве находится академия, куда я и должна поступить с братом. Гарро хорошо знал этот город и первым делом, повёл нас к фонтану, который находился неподалёку. Он применил бытовую магию к нам, чтобы одежда вновь вернула свой былой вид, иначе нас ТАКИХ: в крови, в оборванной одежде, не пустят в таверну. Не стоит шокировать народ и привлекать к себе излишнее внимание.
Не знаю, как другие, но мне кажется, что нападение было подстроено, и все факты указывали на Гарро и Малдора, которые были спокойны, словно удавы. И это бесило до жути. Справившись со своей одеждой при помощи заклинания, мы направились в трактир, который находился через квартал отсюда.
Город был не примечателен, здесь было почти как в Королевстве Тантров: деревянные и каменные дома, разнообразные лавки с утварью. Здесь было много цветов и деревьев, которые источали приятный аромат. Настроения не было и не хотелось рассматривать сейчас город. Шла, опустив голову, изредка смотря по сторонам и прислушиваясь к разговорам мужчин. Часто кривилась от боли, которая скручивало моё тело, но молчала. Брат бросал на меня задумчивые взгляды, но не спешил меня расспрашивать. Не знаю почему молчала и не говорила ему об этом. Может просто не хотела выглядеть слабой?
Трактир представлял собой четырёхэтажное деревянное сооружение с большими окнами и дверями. На улице стояли круглые столики, где, возможно, завтракали и обедали посетители. Внутри были деревянные столы со стульями, барная стойка, на которой стояли горшки с красивыми цветами. Здесь не было люстр и освещение давали магические светильники, которые парили над полом. Красивый зелёный плющ, с маленькими белыми цветами оплетал стену и частично потолок. За стойкой стоял никто иной, как гном. Я никогда не видела представителей этой расы и сейчас смотрела во все глаза на это „чудо”.
– Добрый ночи, господин гном, – склонил голову Малдор. – Мы бы хотели снять комнату на четверых.
– Добрый ночи, господин маг, – ответил он, и взяв небольшой блокнот перелистнул страницы и сделал заметку. – Комнаты у нас свободны на данный момент только две. В каждой из них по два спальных ложа. Вас устроит? – спросил он, поглаживая бородку, смотря на нас.
– Вполне, – согласился он и кинул на стойку десять злотых монет.
Гном удовлетворительно крякнул и сгрёб монеты.
– Ваши ключи от комнат номер пятнадцать и двадцать два.
Малдор взял ключи, и мы все направились к лестнице, которая вела на второй этаж и находилась полевую сторону от стойки. Поднялись по лестнице и оказались в просторном коридоре.
– Вы с Альяррой идёте на третий этаж, а мы с архимагом остаёмся на этом этаже.
Он молча отдал ключ брату и тот взял меня за руку и повёл на третий этаж. Без лишних слов и действий. Макс был хмур и неразговорчив, крепко держал за руку и совершенно не боялся, что на поворотах я могу упасть из-за быстрой ходьбы. Дойдя до нашей комнаты, брат пропустил меня в комнату и без промедлений, наорал.
– Дура малолетняя! – грозно рыкнул он и начал снимать с меня одежду. – Решила поиграть в героиню?! Яд мракоборсев опасен! Он способен убить, если не оказать помощь вовремя, – недовольно ворчал он.
А я стояла и молчала. Позволила снять кофту и осталась в майке, которая пропиталась кровью внизу живота. Стоит ли говорить, что брат зарычал и посмотрел на меня, как на идиотку? Словно безвольную куклу уложили на одну из кроватей. А сам полез копаться в рюкзаке, что-то бурча себе под нос. А я лежала на кровати и смотрела в потолок. Пережитый недавно стресс, дал о себе знать, и меня душили слёзы, которые я отчаянно пыталась удержать. Не знаю, как меня поранили и когда успели. Наверное, я была так напугана, когда тварь откинула меня и видимо успела задеть, что я и не заметила.
Брат приблизился к моей кровати, приложил марлю к ране, а другой, пропитанной водой, начал промывать раны на лице. Закрыла глаза и сжала в кулак простыню, силясь не заорать от боли. Болело всё тело, оно скручивало мышцы и начинала жечь изнутри. Когда брат обработал рану на лице он приступил к животу, где был глубокий рубец, оставшийся после моего падения на что-то острое. Макс начал обрабатывать порез какой-то пахучей мазью, которая жгла. И вот тут я не выдержала – закричала в голос, хотела встать с кровати, но брат удержал меня и придавил к ней, ругаясь сквозь зубы. Боль эта была сильнее и терпеть её было уже невозможно.
