— Капитан, приказы? — холодный голос Кали за спиной.
— Охраняй девчонку, кто подойдет к ней — убивай. Остальных наших на оборону корабля, — сквозь зубы выдохнул Креван, сжимая кулаки. — Орудия к бою!
Все-таки. Либо он идиот, либо у него туз в рукаве.
Я покачала головой, созерцая хаос.
По крайней мере, у меня появился телохранитель, который не даст лихой пуле меня задеть.
С башни меня увели, вернув назад в комнату. Хотя, мне кажется, что мое исчезновение развязало руки пиратам Кайдо, и они со всей дури там веселятся, забрасывая из пушек ядрами корабль.
Но в этот раз мне не оставляли в одиночестве, чтобы опять не сбежала, а над душой стояла Каларати все на том же почтительно расстоянии и боком к двери.
Так как меня оградили от всех баталий, сотрясающих плавучий замок, делать было совершенно нечего, как сидеть и болтать ногами в воздухе, с легкой улыбкой разглядывая телохранительницу, застывшую в напряжении как струна.
Из всех вариантов времяпрепровождения выделялся один нормальный, только вот для него компания подобрана неподходящая — как можно вести беседу с человеком, который и говорит-то через силу и по делу. Спать под такое звуковое сопровождение и тряску не получится, и вообще хорошо, что додумалась перед экскурсией свободное время поспать. Сейчас-то уже шел четвертый час ночи.
Но я из упрямых, от меня и Трафальгару Ло сбежать не удалось, а Каларати как новый уровень — труднодостижима, но не невозможна. Разболтаю и ее.
И я успела понять простую истину, что — невозможное возможно, главное, надо приложить усилия и ждать результата.
— Скажите, пожалуйста, а что такое «самурай» и «онна-бугэйся»? — спросила я со всей доступной непосредственностью и улыбнулась женщине.
Меня будто ледяной водой окатили, присыпав сверху кусками льда. Холодок пробежался по коже от взгляда Каларати, а я неосознанно поежилась.
— Самураями зовутся мужчины. А онна-бугэйся — женщины. Если говорить вашими словами, то семьи самураев — дворяне, которые служат правителю. Только дворяне эти военного сословия. Военная элита, — холодно ответила женщина и замолчала.
— Здорово! — поделилась с ней радостью. — Вы, наверное, очень сильная! Но тогда… почему вы здесь, а не служите своему господину? Или ваш господин Креван?
Вот сейчас я заметила единственную эмоцию, скользнувшую в ледяных фиалковых глазах Каларати. Но она быстро пропала, будто почудилась, только я точно уверена, что женщина испытала секундную злость.
Контроль у нее над собой просто поражал.
Интересно, что именно ее оскорбило в моих вопросах? И отвечать она точно не планировала.
Жаль, а мне интересно было бы узнать о жизни самураев. Или историю, почему женщина стала изгнанницей и пошла в пираты, ведь по ней не скажешь, что она отъявленная разбойница, любящая деньги и украшения, чтобы идти сюда по своей воле. Только вряд ли такой человек, как она, доверит переживания первому встречному.
Беседа с Каларати совсем не клеилась. А время ползло со скоростью улитки, и неизвестность нервировала. До нас достигали отголоски взрывов, дрожь пола и стен. Но и все.
Мои попытки развязать разговор не увенчались успехом, но я не теряла энтузиазма и начинала просто разговаривать сама с собой, рассказывая разные истории — как обучаюсь у Учителя, как в Санта-Косма помогала гражданам, как познакомилась с Ло, и кто такой Риппер. Брала женщину измором, забалтывая, но она пока держалась молодцом.
На этот момент в коридоре раздались душераздирающие крики, отвлекая от описания перышек раптора. Казалось, будто кого-то раздирали заживо.
Каларати напряглась и слегка выдвинула меч из ножен, готовая атаковать в любой момент. Обнаженная часть прямого лезвия отливала серебристыми и лиловыми цветами, холодными, как ключевая вода.
Тяжелые шаги, чуть клацающие чем-то острым по поверхности. Я старательно прислушивалась, пытаясь разгадать, кто бы мог прийти сюда, так жестоко расправившись с пиратами.
Резкий удар в дверь чем-то тяжелым выбил ее, разнеся деревянные осколки по комнате и оставив только ее нижнюю часть. В образовавшейся проем просунулась окровавленная морда с приоткрытой пастью, откуда виднелись острые загнутые вовнутрь зубы. Я совсем не заметила, как Каларати полностью обнажила меч и приготовилась к сражению, ведь вниманием полностью завладели.
— Риппер! — я от радости даже в ладони хлопнула, узнавая в госте питомца.
Мне в ответ раздался веселый клекот.
— Как ты тут оказался?! — изумленно спросила у раптора и соскочила со стула, намереваясь подойти к зверю, который лапами и зубами доламывал остатки двери.
Передо мной неожиданно возникли черные лакированные ножны, перекрывающие путь. Только чудом я успела замереть и не натолкнуться на них, получив чувствительный удар в грудь, и удивленно уставилась на Каларати.
— Не подходи к этому хищнику, — окатила льдом голоса она.
— Он мой питомец, — нахмурилась.
Рипперу тоже не понравилось, что к нему не подпустили, потому зверь грозно рыкнул в сторону мечницы, медленно входя в комнату и обходя по дуге женщину.
