То, что беда не приходит одна, давно уже стало прописной истиной. Так вот, в данном случае беда пришла, откуда не ждали. Я не сводила глаз с чужого живота, застыв, как изумленный сурикат – будущий пассажир чужих когтей. «Кто тебе еще мир покажет?» – радостно заявляет орел, перебирая в уме книгу кулинарных рецептов на букву «с»: «сурки», «суслики», «сурикаты», «само пришло». Может, я в чем-то похожа на тамаду, но не на акушерку. А ведь специальность тамада-акушерка пользовалась бы огромной популярностью на большинстве свадеб. Чур, меня! Я слышала, как зрители приходят в восторг от предстоящей битвы. Кто-то кричал: «Двое на одну? Ха! Вот это бой!».
– Нифига себе, кого это аист принес? Так, Еся… – позвал меня шепот. – Еся… Отзовись… Отзовись, чтобы я понял, что с тобой все в порядке! Девочку, скорее всего, кто – то нанял. Ей заплатили за этот бой.
– Толстяк? – выдохнула я, с ужасом глядя на кинжал в своей руке и на ядовитый коготь. – Я не… не могу сражаться с беременной… Это… Это нечестно!
– Сомневаюсь, что платежи с того света проходят без задержки! – фыркнул Феникс. – Я тут навел справочки среди зрителей. Это ее первый бой…
– Но ведь она – беременна, – шептала я, глядя, как противница на меня смотрит. Ее взгляд был умоляющим, просящим и каким-то детским, а вид такой жалкий, такой несчастный, что я чуть не заплакала. – Я не могу… Фенечка, я не смогу…
– … скольких своих котят уже утопила в крови Кошка? И сколько котят было от Феникса? Но ладно, пусть остается ее маленьким секретом. А зря! На такого ребенка наверняка бы нашлись покупатели! И отвалили бы за него кучу солнц!
Мне стало дурно. Что он мелет? Я не… Да я бы никогда! Никогда… Пусть больной, зато мой.
– Заткнись! – крикнула я. – Я никогда не стала бы такой безответственной матерью, готовой рискнуть жизнью ребенка! И своих детей я бы никогда не продала! Думай, перед тем, как нести чушь!
– Тише, Рыжик, тише… – шептал Феникс. – У нас пока нет живого непослушного товара для цыган, бабаек, теть и дядь из очереди… Возьми себя в руки. Это – всего лишь бой, всего лишь противник. Не важно, беременная она или нет! Это было ее решением. Не забывай! Не ты ее вызывала, а она тебя! Рыжик, слушай меня внимательно. Слушай только меня. Тебя пытаются выбить из равновесия!
– Это ребенок от Феникса, – вздохнула противница, глядя на меня детскими глазами. Публика, явно не смотревшая по телевизору затяжной процесс строительства отношений, друг друга, глазок чужим парням, но явно никак не заявленной в названии недвижимости, разразилась такой бурей оваций, что я чуть не оглохла. Откровение, которое встало у меня комом в горле, пришлось по вкусу голодной до зрелищ публики! Зрители мало того, что прожевали, переварили, но и потребовали добавки!
– Фигасе… Когда я успел? Еська, это – ложь. Это – не мой ребенок! – прошептал изумленный Феникс мне на ухо. – Я не занимался решением вопроса рождаемости в Кадингере настолько вплотную! Этот показатель я не поднимал. Моя заслуга только в увеличении показателей смертности. Не верь ей! Ни одному ее слову!
– Это была незабываемая ночь. Как он был нежен со мной! Такой сладкий, такой нежный, такой восхитительный… Я этого никогда не забуду! – произнесла будущая мать, глядя на меня пристальным взглядом невинных детских глаз, которые обеспечивают «глухарь» убийству с отягчающими, даже если их обладательницу поймали на месте преступления с окровавленным тесаком.
Публика, охочая до интимных подробностей быстро вылизала тарелки со вторым и потянулись за десертом!
– Не верь слезам этого крокодила! – возмутился Феникс. – Там где химии нет, биология бессильна! Она не в моем вкусе! Тьфу! Я ее и пальцем не трогал! И не тронул бы!
– Кажется, она имеет в виду не совсем палец, – выдохнула я, понимая, что мне дурно. Нет, это не температура, это другое. Котенок внутри меня ерзал, нервно оглядываясь по сторонам. «Ничего себе!» – перешептывались на трибунах. «Вот это да! Бывшая наложница и нынешняя! Вот это бой!» – смаковали новости любители скабезных фактов.
– Неужели он меня не узнает, – уныло заметила мамаша, поглаживая живот. – Это же, я, Рия Лиор! Думаете, я всегда была такой? Нет. Когда-то я носила роскошные платья. Пока он не сломал мою жизнь. Посмотри, во что превратился мой некогда роскошный наряд!
– Рыжик, не дай себя сбить с толку. Если хочется поболтать о тряпочках то, вне круга, пожалуйста! Сколько влезет! – прошептал Феникс.
– У меня было столько золотых украшений, что тебе и не снилось! – заметила будущая мать. – У меня было все… А теперь нет ничего! Он был у меня первым и последним.
– Между первым и последним была золотая середина! Так вот, меня в ее послужном списке не было! Ни среди первопроходцев, ни в унылой серединке, ни среди замыкающих шествие! Рыжик, соберись. На тебя страшно смотреть! – прошептал Феникс, тяжело выдыхая.
