Как весело сиял снежинкамиВаш — серый, мой — соболий мех,Как по рождественскому рынку мыИскали ленты ярче всех.Как розовыми и несладкимиЯ вафлями объелась — шесть!Как всеми рыжими лошадкамиЯ умилялась в Вашу честь.Как рыжие поддевки — парусом,Божась, сбывали нам тряпье,Как на чудных московских барышеньДивилось глупое бабье.Как в час, когда народ расходится,Мы нехотя вошли в собор,Как на старинной БогородицеВы приостановили взор.Как этот лик с очами хмурымиБыл благостен и изможденВ киоте с круглыми амурамиЕлисаветинских времен.Как руку Вы мою оставили,Сказав: «О, я ее хочу!»С какою бережностью вставилиВ подсвечник — желтую свечу…— О, светская, с кольцом опаловымРука! — О, вся моя напасть! —Как я икону обещала ВамСегодня ночью же украсть!Как в монастырскую гостиницу— Гул колокольный и закат —Блаженные, как имянинницы,Мы грянули, как полк солдат.Как я Вам — хорошеть до старости —Клялась — и просыпала соль,Как трижды мне — Вы были в ярости! —Червонный выходил король.Как голову мою сжимали Вы,Лаская каждый завиток,Как Вашей брошечки эмалевойМне губы холодил цветок.Как я по Вашим узким пальчикамВодила сонною щекой,Как Вы меня дразнили мальчиком,Как я Вам нравилась такой…Декабрь 191410Могу ли не вспомнить яТот запах White-Rose[2] и чая,И севрские фигуркиНад пышащим камельком…Мы были: я — в пышном платьеИз чуть золотого фая,Вы — в вязаной черной курткеС крылатым воротником.Я помню, с каким вошли ВыЛицом — без малейшей краски,Как встали, кусая пальчик,Чуть голову наклоня.И лоб Ваш властолюбивыйПод тяжестью рыжей каски,Не женщина и не мальчик, —Но что-то сильней меня!Движением беспричиннымЯ встала, нас окружили.И кто-то в шутливом тоне:«Знакомьтесь же, господа».И руку движеньем длиннымВы в руку мою вложили,И нежно в моей ладониПомедлил осколок льда.С каким-то, глядевшим косо,Уже предвкушая стычку, —Я полулежала в кресле,Вертя на руке кольцо.Вы вынули папиросу,И я поднесла Вам спичку,Не зная, что делать, еслиВы взглянете мне в лицо.Я помню — над синей вазой —Как звякнули наши рюмки.«О, будьте моим Орестом!»,И я Вам дала цветок.С зарницею сероглазойИз замшевой черной сумкиВы вынули длинным жестомИ выронили — платок.28 января 191511
