Арбат толкучкою давили сбоку и с хвоста.Невмоготу — кряхтел да выли крикнул извозца.И вдруг такая стала тишь.Куда девалась скорбь?Всё было как всегда, и лишьушел извозчик в горб.В чуть видный съежился комок,умерен в вёрстах езд.Он не мешал, я видеть могцветущее окрест.И свет и радость от него жеи в золоте Арбат.Чуть плелся конь. Дрожали вожжи.Извозчик был горбат.<p>КОМИНТЕРН</p>
«Зловредная организация, именующая себя III Интернационалом».
Из ноты Керзона.Глядя в грядущую грозу, в грядущие грома́,валы времен, валы пространств громя,рули мятежных дней могуче сжав и верно,—плывет Москвой дредноут Коминтерна.Буржуи мира, притаясь по скрывшим окна шторам,дрожат, предчувствуя грядущих штурмов шторм.Слюною нот в бессильи иссякая,орут: — Зловредная, такая, рассякая!—А рядом поднят ввысь миллион рабочих рук,гудит сердец рабочих миллионный стук,—сбивая цепь границ с всего земного лона,гудит, гремит и крепнет голос миллионный:— Ты наша! Стой на страже красных дней.Раскатом голосов покрой Керзоньи бредни!Вреди, чтоб был твой вред всех вредов повредней,чтоб не было организации зловредней.<p>ИЗДЕВАТЕЛЬСТВО ЛЕТЧИКА</p>Тесно у вас, грязно у вас.У вас душно.Чего ж в этом грязном, в тесном увяз?В новый мир! Завоюй воздушный.По норме аршинной ютитесь но́рами.У мертвых — и то помещение блёстче.А воздуху кто установит нормы?Бери хоть стоаршинную площадь.Мажешься, са́лишься в земле пропылённой,с глоткой будто пылью пропилен.А здесь, хоть все облетаешь лона,чист. Лишь в солнце лучи окропили.Вы рубите горы и скат многолесый,мостом нависаете в мелочь-ручьи.А воздух, воздух — сплошные рельсы.Луны́ и солнца — рельсы-лучи.Горд человек, человечество пыжится:— Я, дескать, самая главная ижица.Вокруг меня вселенная движется.—А в небе одних этих самых Марсовтакая сплошная огромная масса,что все миллиарды людья человечьегов сравнении с ней и насчитывать нечего.Чего в ползках, в шажочках увяз,чуть движешь пятипудовики ту́шины?Будь аэрокрылым — и станет у васмир, которому короток глаз,все стены которого в ветрах развоздушены.<p>ИТОГ</p>
