Сегодня я, поэт, боец за будущее,оделся, как дурак. В одной руке —венок огромный из огромных незабудищей,в другой — из чайных — розовый букет.Иду сквозь моторно-бензинную мглув Лувр.Складку на брюке выправил нервно;не помню, платил ли я за билет;и вот зала, и в ней Венеринодезабилье.Первое смущенье рассеялось когда,я говорю: — Мадам!По доброй воле, несмотря на блеск,сюда ни в жизнь не навострил бы лыж.Но я поэт СССР — ноблес оближ!У нас в республике не меркнет ваша слава.Эстеты мрут от мраморного лоска.Короче: я — от ВячеславаПолонского.Носастей грека он. Он в вас души не чает.Он поэлладистей Лициниев и Люциев,хоть редактирует и «Мир», и «Ниву», и «Печатьи революцию».Он просит передать, что нет ему житья.Союз наш грубоват для тонкого мужчины.Он много терпит там от мужичья,от лефов и мастеровщины.Он просит передать, что, «леф» и «праф» костя,в Элладу он плывет надклассовым сознаньем.Мечтает он об эллинских гостях,о тогах, о сандалиях в Рязани,чтобы гекзаметром сменилась лефовца строфа,чтобы Радимовы скакали по дорожке,и чтоб Радимов был не человек, а фавн,—чтобы свирель, набедренник и рожки.Конечно, следует иметь в виду,—у нас, мадам, не все такие там.Но эту я передаю белиберду.На ней почти официальный штамп.Велено у ваших ногположить букеты и венок.Венера, окажите честь и счастье.катите в сны его элладских дней ладью…Ну, будет! Кончено с официальной частью.Мадам, адью! —Ни улыбки, ни привета с уст ее.И пока толпу очередную загоняет Кук,расстаемся без рукопожатий по причине полного отсутствиярук.Иду — авто дудит в дуду.Танцую — не иду.Домой! Внимателен и немстою в моем окне.Напротив окон гладкий домгорит стекольным льдом.Горит над домом букв жара́ —гараж.Не гараж — сам бог!«Миль вуатюр, дё сан бокс».В переводе на простой:«Тысяча вагонов, двести стойл».Товарищи! Вы видали Ройльса?Ройльса, который с ветром сросся?А когда стоит —кит.И вот этого автомобильного кита жподымают на шестой этаж!Ставши уменьшеннее мышей,тысяча машинных малышейспит в объятиях гаража-коло́сса.Ждут рули — дорваться до руки.И сияют алюминием колеса,круглые, как дураки.И когда опять вдыхают на заревоздух миллионом радиаторных ноздрей,кто заставит и какую дурунос вертеть на Лувры и скульптуру?!Автомобиль и Венера — старо́-с?Пускай! Поновее и АХРРов и роз.Мещанская жизнь не стала иной.Тряхнем и мы футурстариной.Товарищ Полонский! Мы не позволимлюбителям старых дворянских манерв лицо строителям тыкать мозоли,веками натертые у Венер.<p>ОСТОРОЖНЫЙ МАРШ</p>
