Сижу за ширмой. У меняТакие крохотные ножки…Такие ручки у меня,Такое темное окошко…Тепло и темно. Я гашуСвечу, которую приносят,Но благодарность приношу.Меня давно развлечься просят.Но эти ручки… Я влюбленВ мою морщинистую кожу…Могу увидеть сладкий сон,Но я себя не потревожуНе потревожу забытья,Вот этих бликов на окошкеИ ручки скрещиваю я,И также скрещиваю ножки.Сижу за ширмой. Здесь теплоЗдесь кто то есть. Не надо свечкиГлаза бездонны, как стекло.На ручке сморщенной колечки.
18 октября 1903
<p>Когда я уйду на покой от времен…</p>Когда я уйду на покой от времен,Уйду от хулы и похвал,Ты вспомни ту нежность, тот ласковый сон,Которым я цвел и дышал.Я знаю, не вспомнишь Ты, Светлая, зла,Которое билось во мне,Когда подходила Ты, стройно бела,Как лебедь, к моей глубинеНе я возмущал Твою гордую лень —То чуждая сила его.Холодная туча смущала мой день, —Твой день был светлей моего.Ты вспомнишь, когда я уйду на покой,Исчезну за синей чертой, —Одну только песню, что пел я с Тобой,Что Ты повторяла за мной.
1 ноября 1903
<p>Так. Я знал. И ты задул…</p>
Андрею Белому
Так. Я знал. И ты задулЯркий факел, изнываяВ дымной мгле.В бездне — мрак, а в небе — гул.Милый друг! Звезда инаяНам открылась на земле.Неразлучно — будем обаКлятву Вечности нести.Поздно встретимся у гробаНа серебряном пути.Там — сжимающему рукиРуку нежную сожму.Молчаливому от мукиШею крепко обнимуТак. Я слышал весть о новом!Маска траурной души!В Оный День — знакомым словомСнова сердце оглуши!И тогда — в гремящей сфереНебывалого огня —Светлый меч нам вскроет двериОслепительного Дня.
1 ноября 1903
<p>Ты у камина, склонив седины…</p>Ты у камина, склонив седины,Слушаешь сказки в стихах.Мы за тобою — незримые сныЧертим узор на стенахДочь твоя — в креслах — весны розовей,Строже вечерних теней.Мы никогда не стучали при ней,Мы не шалили при ней.Как у тебя хорошо и светло —Нам за стеною темно…Дай пошалим, постучимся в стекло,Дай-ка — забьемся в окно!Скажешь ты, тихо подняв седины«Стукнуло где-то, дружок?»Дочка твоя, что румяней весны,Скажет: «Там серый зверок»
1 ноября 1903
<p>Крыльцо Ее словно паперть…</p>Крыльцо Ее словно папертьВхожу — и стихает гроза.На столе — узорная скатертьПритаились в углу образа.На лице Ее — нежный румянец,Тишина озаренных теней.В душе — кружащийся танецМоих улетевших дней.Я давно не встречаю румянца,И заря моя — мутно тиха.И в каждом кружении танцаЯ вижу пламя грехаТолько в дар последним похмельямЭта тихая радость дана.Я пришел к ней с горьким весельемОсушить мой кубок до дна
