Последние произведения Н. Бурлюка были опубликованы в 1915 году в альманахе «Весеннее контрагентство муз». Сам автор уже находился в это время на военной службе. После революции он, единственный из кубофутуристов, участвовал в Гражданской войне на стороне белых и, вероятно, погиб.
Столь разные судьбы Давида и Николая Бурлюков оказались теснейшим образом связаны с историей русского авангардистского искусства. Различен по весомости их вклад в русский футуризм, разными творческими путями шли они в широчайшем русле этого течения. Столь же различны и занимаемые поэтами Бурлюками позиции в русской поэзии первой половины XX. Но позиции эти — быть может, не центральные, но и не периферийные — заняты ими вполне по праву.
С. Красицкий
<p>Давид Бурлюк</p><p>Из сборника «Садок судей» (1910)
<a l:href="#comm002001"><sup>*</sup></a></p><p>«Скользи, пронзай стрелец, алмазный…»</p>Скользи, пронзай стрелец, алмазныйНеиссякаемый каскад…Я твой сосед, живущий праздноЛюблю волненье белых стад.Познавши здесь честную схиму,И изучивши тайны требЯ даже смерть с восторгом приму,Как враном принесенный хлеб.Вокруг взнеслися остроскалы,Вершины их, венчанны льдом,В закатный час таят опалы,Когда — бесцветным станет дом.Я полюбил скрижали — книги,В них — жизнь, моя прямая цель.Они — полезные веригиДля духа праздности недель!Пускай в ночи стекло наядыКолеблют легкие перстом —Храню ученые усладыМоем забвении златом.<p>Щастье циника</p>Op. 2.
Весеннее шумящее убранство —Единый миг… затерянный цветах!Напрасно зришь живое постоянствоСтруящихся, скоротекущих снах.Изменно все! И вероломны сводыТебя сокрывшие от хлада бурь!Везде, во всем — красивость шаткомоды!Ах, циник, щастлив ты! Иди и каламбурь!<p>Затворник</p>Op. 3.
Молчанье сможешь длить пещере,Пурпурный крик таить,Спасаться углубленной вере,Кратеры Смерти пить.Книг потемневших переплеты.Как быстро мчатся кораблиИ окрыляются полетыОт запечатанной земли.<p>«Родился доме день туманный…»</p>Op. 4.
Родился доме день туманный,И жизнь туманна вся,Носить венец случайно данный,Над бездной ужасов скользя.Так пешеход, так злой калекаГлядит на радостно детейИ — зла над юностью опека,Случайноспутницей своей,Грозит глазам веселолюдным.Зеленым ивиным ветвямИ путь необозримо трудныйВлачит уныло по полям.<p>«Упало солнце кровь заката…»</p>Op. 5.
Упало солнце кровь закатаВосторгам дня нет, нет возврата!Лишь облаков вечернедымВосходит клубом голубым.И, если смертный отойдет,Над ним вновь солнце не взойдет —Лишь туча саваном седымПовиснет небесах над ним.<p>«Я не владел еще тобою…»</p>Op. 6.
