В чужбину по гудящей сталиЛечу, опомнившись едва,И, веря обещаньям дали,Твержу вчерашние слова.Теперь я знаю: где-то в мире,За далью каменных дорог,На страшном, на последнем пиреДля нас готовит встречу бог.И нам недолго любоватьсяНа эти, здешние пиры:Пред нами тайны обнажатся,Возблещут новые миры.Август 1902<p>Смолкали и говор, и шутки…</p>Смолкали и говор, и шутки,Входили, главы обнажив.Был воздух туманный и жуткий,В углу раздавался призыв…Призыв к неизвестной надежде,За ним – тишина, тишина…Там женщина в черной одеждеЧитала, крестясь, письмена.А люди, не зная святыни,Искали на бледном лицеТоски об утраченном сыне,Печали о раннем конце…Она же, собравшись в дорогу,Узнала, что жив ее сын,Что где-то он тянется к богу,Что где-то он плачет один…И только последняя тягостьОсталась – сойти в его тьму,Поведать великую радость,Чтоб стало полегче ему…11 сентября 1902<p>Как старинной легенды слова…</p>Как старинной легенды слова,Твоя тяжкая прелесть чиста.Побелела, поблекла трава –Всё жива еще сила листа.Как трава, изменяя цвета,Затаилась – а всё не мертва,Так – сегодня и завтра не та –Ты меняешь убор – и жива.Но иная проснется весна,Напряжется иная струна, –И уйдешь Ты, умрешь, как трава,Как старинной легенды слова.22 сентября 1902<p>Мы – чернецы, бредущие во мгле…</p>Мы – чернецы, бредущие во мгле,Куда ведет нас факел знаньяИ старый жрец с морщиной на челе,Изобличающей страданья.Молчим, точа незнаемый гранит,Кругом – лишь каменные звуки.Он свысока рассеянно глядитИ направляет наши руки.Мы дрогнем. Прозвенит, упав, кирка –Взглянуть в глаза не всякий смеет…Лишь старый жрец – улыбкой свысокаНа нас блеснет – и страх рассеет.24 сентября 1902<p>Случайному</p>Ты мне явился, темнокудрый,Ты просиял мне и потух.Всё, что сказал ты, было мудро,Но ты бедней, чем тот пастух.Он говорил со мной о счастьи,На незнакомом языке,Он пел о буре, о ненастьиИ помнил битвы вдалеке.Его слова казались песней.Восторг и бури полюбя,Он показался мне чудеснейИ увлекательней тебя.И я, задумчиво играяЕго богатством у костра,Сегодня томно забываюТебя, сиявшего вчера.30 сентября 1902<p>Всё, что в море покоит волну…</p>Всё, что в море покоит волну,Всколыхнет ее в бурные дни.Я и ныне дремлю и усну –До заката меня не мани…О, я знаю, что солнце падетЗа вершину прибрежной скалы!Всё в единую тайну сольетТишина окружающей мглы!Если знал я твои имена, –Для меня они в ночь отошли…Я с Тобой, золотая жена,Облеченная в сумрак земли.Сентябрь 1902<p>Блаженный, забытый в пустыне…</p>
