Не дух коварства и обманаМанил трепещущим огнем,Не очи злобного шайтанаСветилися в ущелье том:Две сакли белые, простые,Таятся мирно за холмом,Чернеют крыши земляные,С краев ряды травы густойВисят зеленой бахромой,А ветер осени сыройПоет им песни неземные;Широкий окружает дворИз кольев и ветвей забор,Уже нагнутый, обветшалый;Все в мертвый сон погружено —Одно лишь светится окно!..Заржал черкеса конь усталый,Ударил о землю ногой,И отвечал ему другой…Из сакли кто-то выбегает,Идет – великий МагометК нам гостя, верно, посылает.«Кто здесь?» – «Я странник!» – был ответ»И больше спрашивать не хочет,Обычай прадедов храня,Хозяин скромный. Вкруг коняОн сам заботится, хлопочет,Он сам снимает весь приборИ сам ведет его на двор.23Меж тем приветно в сакле дымнойПриезжий встречен стариком;Сажая гостя пред огнем,Он руку жмет гостеприимно.Блистает по стенам кругомБогатство горца: ружья, стрелы,Кинжалы с набожным стихом,В углу башлык убийцы белыйИ плеть меж буркой и седлом.Они заводят речь – о воле,О прежних днях, о бранном поле;Кипит, кипит беседа их,И носятся в мечтах живыхОни к грядущему, к былому;Проходит неприметно час —Они сидят! и в первый раз,Внимая странника рассказ,Старик дивится молодому.24Он сам лезгинец; уж давно(Так было небом суждено)Не зрел отечества. Три сынаИ дочь младая с ним живут.При них молчит еще кручина,И бедный мил ему приют.Когда горят ночные звезды,Тогда пускаются в разъездыЕго лихие сыновья:Живет добычей вся семья!Они повсюду страх приносят:Украсть, отнять – им все равно;Чихирь и мед кинжалом просятИ пулей платят за пшено,Из табуна ли, из станицыЛюбого уведут коня;Они боятся только дня,И их владеньям нет границы!Сегодня дома лишь одинЕго любимый старший сын.Но слов хозяина не слышитПришелец! он почти не дышит,Остановился быстрый взор,Как в миг паденья метеор:Пред ним, под видом девы гор,Создание земли и рая,Стояла пери молодая!25
