Тропинкой узкою я шел в ночи немой,И в черном женщина явилась предо мной.Остановился я, дрожа, как в лихорадке…Одежды траурной рассыпанные складки,Седые волосы на сгорбленных плечах —Все в душу скорбную вливало тайный страх.Хотел я своротить, но места было мало;Хотел бежать назад, но силы не хватало,Горела голова, дышала тяжко грудь…И вздумал я в лицо старухи заглянуть,Но то, что я прочел в ее недвижном взоре,Таило новое, неведомое горе.Сомненья, жалости в нем не было следа,Не злоба то была, не месть и не вражда,Но что-то темное, как ночи дуновенье,Неумолимое, как времени теченье.Она сказала мне: "Я смерть, иди со мной!"Уж чуял я ее дыханье над собой,Вдруг сильная рука, неведомо откуда,Схватила, и меня, какой-то силой чуда,Перенесла в мой дом… Живу я, но с тех порНичей не радует меня волшебный взор,Не могут уж ничьи приветливые речиЗаставить позабыть слова той страшной встречи.
Конец 1860-х годов
<p>ЛЮБОВЬ</p>Когда без страсти и без делаБесцветно дни мои текли,Она как буря налетелаИ унесла меня с земли.Она меня лишила верыИ вдохновение зажгла,Дала мне счастие без мерыИ слезы, слезы без числа…Сухими, жесткими словамиТерзала сердце мне порой,И хохотала над слезами,И издевалась над тоской;А иногда горячим словомИ взором ласковых очейГнала печаль, — и в блеске новомВ душе светилася моей!Я все забыл, дышу лишь ею,Всю жизнь я отдал ей во власть,Благословить ее не смеюИ не могу ее проклясть.
