— Такого нет мошенника второгоВо всей семье журнальных шулеров!— Кого ты так? — Иванова, Петрова,Не всё ль равно? — Позволь, а кто ж Петров?1931; Берлин
Мяч закатился мой под нянинкомод, и на полу свечатень за концы берет и тянеттуда, сюда — но нет мяча.Потом там кочерга криваягуляет и грохочет зряи пуговицу выбивает,а погодя — полсухаря.Но вот выскакивает сам онв трепещущую темноту,через всю комнату, и прямопод неприступную тахту.