Мне так просто и радостно снилось:ты стояла одна на крыльцеи рукой от зари заслонилась,а заря у тебя на лице.Упадали легко и росистолуч на платье и тень на порог,а в саду каждый листик лучистыйулыбался, как маленький бог.Ты глядела, мое сновиденье,в глубину голубую аллей,и сквозное листвы отраженьетрепетало на шее твоей.Я не знаю, что всё это значит,почему я проснулся в слезах…Кто-то в сердце смеется и плачет,и стоишь ты на солнце в дверях.
В той чаще, где тысячи ягодкраснели, как точки огня,мы двое играли; он на год,лишь на год был старше меня.Игру нам виденья внушалииз пестрых, воинственных книг,и сказочно сосны шуршали,и мир был душист и велик.Мы выросли… Годы насталиборьбы и позора и мук.Однажды, мне тихо сказали:«Убит он — веселый твой друг…»Хоть проще всё было, суровей, —играл он всё в ту же игру.Мне помнится: каплями кровикраснела брусника в бору.
Тень за тенью бежит — не догонит,вдоль по стенке… Лежи, не ворчи.Стонет ветер? И пусть себе стонет…Иль тебе не тепло на печи?Ночь лихая… Тоска избяная…Что ж не спится? Иль ветра боюсь?Это — Русь, а не вьюга степная!Это корчится черная Русь!Ах, как воет, как бьется — кликуша!Коли можешь — пойди и спаси!А тебе-то что? Полно, не слушай…Обойдемся и так — без Руси!Стонет ветер всё тише, всё тише…Да как взвизгнет! Ах, жутко в степи..Завтра будут сугробы до крыши…То-то вьюга! Да ну ее! Спи.1919
110. «Катится небо, дыша и блистая…»
Катится небо, дыша и блистая…Вот он — дар Божий, бери не бери!Вот она — воля, босая, простая,холод и золото звонкой зари!Тень моя резкая — тень исполина.Сочные стебли хрустят под ступней.В воздухе звон. Розовеет равнина.Каждый цветок — словно месяц дневной.Вот она — воля, босая, простая!Пух облаков на рассветной кайме…И, как во тьме лебединая стая,ясные думы восходят в уме.Боже! Воистину мир Твой чудесен!Молча, собрав полевую росу,сердце мое, сердце, полное песен,не расплескав, до Тебя донесу…