Платов! Европе уж известно,Что сил Донских ты страшный вождь.Врасплох, как бы колдун, всеместноПадешь, как снег ты с туч иль дождь.По черных воронов полету,По дыму, гулу, мхам, звездам,По рыску волчью видя мету,Подходишь к вражьим вдруг носам;И, зря на туск, на блеск червонца,По солнцу иль противу солнцаСвой учреждаешь ертаулИ тайный ставишь караул.В траве идешь — с травою равен;В лесу— и равен лес с главой;На конь вскокнешь — конь тих, не нравен,Но вихрем мчится под тобой. —По камню ль черну змеем чернымПолзешь ты в ночь — и следу нет. —По влаге ль белой гусем белымПлывешь ты в день — лишь струйка след. —Орлом ли в мгле паришь сгущенной,Стрелу сечешь ей вслед пущеннойИ, брося петли округ шей,Фазанов удишь, как ершей.Разил ты Льва, Луне гнул роги,Ходил противу Солнца в бой;Медведей, тигров средь берлогиМогучей задушал рукой:Почто ж вепря щетиночерна,Залегшего в лесах средь блат,С клыков которого кровь, пенаТечет — зловоние и яд, —От рыла взрыты вкруг могилы,От взоров пламенны светилыКрай заревом покрыли весь, —Арканом не схватил поднесь?Что ж стал? Борза ль коня не стало?Возьми ковер свой самолет.Ружейного ль снаряду мало?Махни ширинкой, лес падет.Запаса ли не видишь хлебна?Гложи железны просфиры.Жупан ли, епанча ль потребна?Сам невидимкой всё бери.Сапог нет? Ступни самоходныНадень, перчатки самородныИ дуй на огнь, на мраз, на глад:Российской силе нет преград.Бывало, ведь и в прежни годыВзлетала саранча на Русь,Многообразные уродыГрозили ей налогом уз.Был грех, от свар своих кряхтели,Теряли янством и главы;Но лишь на бога мы воззрели,От сна вспрянули, будто львы.Был враг чипчак, — и где чипчаки?Был недруг лях, — и где те ляхи?Был сей, был тот, — их нет; а Русь?Всяк знай, мотай себе на ус.Да как же это так случалось?Заботились, как днесь, цари;Премудро всё распоряжалось,Водили рать богатыри:При Святославиче ДобрыняУбил дракона в облаках;Чернец Донского — исполинаТатарского поверг во прах.Голицын, Шереметев, львовыКрушили зубы в дни Петровы;Побед Екатерины лавр:Чесма, Кагул, Крым, Рымник, Тавр.Неужто Альпы в мире шашка?Там молньи Павла видел галл;На кляче белая рубашкаНе раз его в усы щелкал;Или теперь у АлександраПри войске нету молодца?С крестом на адска СаламандраУжель не сыщется бойца?Внемли же моему ты гласу:Усердно помоляся спасу,В четыре стороны поклон,И из ножен булат ты вон!И с свистом звонким, молодецкимРазбойника сбрось СоловьяС дубов копьем вновь мурзавецким,И будь у нас второй Илья;И, заперши в железной клетке,Как желтоглазого сыча,Уранга, сфинкса на веревкеПримчи, за плечьми второча.Иль двадцать молодцов отборных,Лицом, летами, ростом сходных,Пошли ты за себя за злым, —Двадцатый хоть: приедет с ним.Для лучшей храбрых душ поджогиТы расскажи им русску быль;Что старики, быв в службе строги,Все невозможности чли в пыль:Сжигали грады воробьями,Ходили в лодках по земле,Топили вражий стан прудами,Имели пищу в киселе,Спускались в мрачны подземелья,Живот считали за безделья;К отчизне ревностью горяЗа веру мерли и царя.Однако ж, чтоб не быть и жертвой,Ты меч им кладенец отдай,Живой водой их спрысни, мертвойИ горы злата обещай;Черкесенок, грузинок милых,У коих зарьные уста,Бровь черна, жил по телу синихСквозь виден огнь и красота;А на грудях, как пух зыбучих,Лилей кусты и роз пахучихМанят к себе и старцев длань, —Ты, словом, всё сули им в дань.Я дочь свою и сам крестову,Красотку юную, во бракОтдам тому, кто грудь орловуНа славный сей отважит шаг;Денисовым и Краснощеким,Орловым, Иловайским вслед,По безднам, по горам высокимВ дом отчий лавр кто принесет, —Девицы, барыни донские,Вздев платья русские, златые,Введут его в крестов чертогИ воспоют: велик наш бог!Под вечер, утром, на зарянке,Сей радостный услыша глас,Живя уединенным в Званке,Так-сяк взбреду я на ПарнасИ песню войску там Донскому,Тебе на гуслях пробренчу,Да белому царю, младому,В венце алмазы расцвечу.Пусть звук ужасных днешних боевСподвижников его героевМой повторяет холм и лес,И гул шумит, как гром небес!Май 1807
