<p>ПУСТОЙ ДОМ<a l:href="#c7" type="note">[*]</a></p>Стоит опустелый над сонным прудом, Где ивы поникли главой,На славу Растреллием строенный дом, И герб на щите вековой.Окрестность молчит среди мертвого сна,На окнах разбитых играет луна.Сокрытый кустами, в забытом саду Тот дом одиноко стоит;Печально глядится в зацветшем пруду С короною дедовский щит...Никто поклониться ему не придет,—Забыли потомки свой доблестный род!В блестящей столице иные из них С ничтожной смешались толпой;Поветрие моды умчало других Из родины в мир им чужой.Там русский от русского края отвык,Забыл свою веру, забыл свой язык!Крестьян его бедных наемник гнетет, Он властвует ими один;Его не пугают роптанья сирот... Услышит ли их господин?А если услышит — рукою махнет...Забыли потомки свой доблестный род!Лишь старый служитель, тоской удручен, Младого владетеля ждет,И ловит вдали колокольчика звон, И ночью с одра привстает...Напрасно! все тихо средь мертвого сна,Сквозь окна разбитые смотрит луна,Сквозь окна разбитые мирно глядит На древние стены палат;Там в рамах узорчатых чинно висит Напудренных прадедов ряд.Их пыль покрывает, и червь их грызет...Забыли потомки свой доблестный род!1849 (?)<p><emphasis>“Пусто в покое моем. Один я сижу у камина...”</emphasis><a l:href="#c8" type="note">[*]</a></p>Пусто в покое моем. Один я сижу у камина,Свечи давно погасил, но не могу я заснуть.Бледные тени дрожат на стене, на ковре, на картинах,Книги лежат на полу, письма я вижу кругом.Книги и письма! Давно ль вас касалася ручка младая?Серые очи давно ль вас пробегали, шутя?Медленно катится ночь надо мной тяжелою тканью,Грустно сидеть одному. Пусто в покое моем!Думаю я про себя, на цветок взирая увядший:“Утро настанет, и грусть с темною ночью пройдет!”Ночь прокатилась, и весело солнце на окнах играет,Утро настало, но грусть с тенью ночной не прошла!15 января 1851<p><emphasis>“Средь шумного бала, случайно...”</emphasis><a l:href="#c9" type="note">[*]</a></p>Средь шумного бала, случайно,В тревоге мирской суеты,Тебя я увидел, но тайнаТвои покрывала черты.Лишь очи печально глядели,А голос так дивно звучал,Как звон отдаленной свирели,Как моря играющий вал.Мне стан твой понравился тонкийИ весь твой задумчивый вид,А смех твой, и грустный и звонкий,С тех пор в моем сердце звучит.В часы одинокие ночиЛюблю я, усталый, прилечь —Я вижу печальные очи,Я слышу веселую речь;И грустно я так засыпаю,И в грезах неведомых сплю...Люблю ли тебя — я не знаю,Но кажется мне, что люблю!1851
