Джон Китс
Стихотворения
(1817)
СТИХОТВОРЕНИЯ
ПОСВЯЩЕНИЕ. ЛИ ХЕНТУ, ЭСКВАЙРУ
Краса и слава не вернутся к нам:
Не видеть больше утренней порою,
Как вьется пред смеющейся зарею,
Венком сплетаясь, легкий фимиам;
5 Не встретить нимф, спешащих по лугам
Нежноголосой праздничной толпою
Колосьями, цветами и листвою
Украсить Флоры ранний майский храм.
Но есть еще высокие мгновенья
10 И благодарен буду я судьбе
За то, что в дни, когда под тихой сенью
Не ищут Пана на лесной тропе,
Бесхитростные эти приношенья
Отраду могут подарить тебе.
(Сергей Сухарев)
Зеленые края - приют поэтов...
Повесть о Римини
Я вышел на пригорок - и застыл:
Прохладный воздух неподвижен был,
И на цветах, что взоры потупляют
И стебли так стыдливо изгибают
5 От нежного дыханья ветерка,
Переливались, трепеща слегка,
Алмазы прослезившейся денницы;
И облаков белели вереницы,
Как снежное руно овечьих стад,
10 Что на лугах небесных сладко спят.
Порой лишь проносился шелест краткий,
Как будто сам покой вздыхал украдкой,
Но тени легких веток и листвы
Не шевелились средь густой травы.
15 Я поглядел вокруг, и вид отрадный
Наполнил и насытил взор мой жадный:
Дорога темной свежей полосой
Змеилась и терялась за чертой,
И сочные кустарники на склонах
20 Скрывали русла ручейков студеных.
Так ясно видел я, так широко!
Меркурием, несущимся легко,
Я ощутил себя... И окрыленный
Весной цветущей - розовой, зеленой,
25 Я начал собирать ее подарки
В букет душистый, пышный, нежный, яркий.
О майские цветы в жужжанье пчел!
Вы красите и сад, и лес, и дол;
Люблю, чтобы ракита золотая
30 Вас осеняла, и трава густая
Студила, и темнел бы мох под ней,
Фиалками пронизан до корней.
Мне нужен и орешник в колкой плети
Шиповника, и легкие соцветья
35 На жимолости, пьющей ветерок;
И непременно - молодой росток,
Какие тянутся близ древних буков,
Из кряжистых корней, как стайка внуков.
И пусть родник, что бьет из-под корней,
40 Журчит о прелести своих детей,
Лазурных колокольчиков; несчастный,
Он слезы льет об их красе напрасной:
Они умрут по прихоти людской,
Оборваны младенческой рукой.
45 Но где же ваши жаркие зрачки,
Златые ноготки?
С лучистых век стряхните влажный сон:
Великий Аполлон
Сам повелел в честь вашего рожденья
50 Под звуки арф устроить песнопенья!
Когда же вновь он поцелует вас,
Отрада сердца моего и глаз,
Поведайте ему, что в вашем блеске
Мне чудятся его сиянья всплески.
55 Вот дикого горошка стебельки
На цыпочки привстали: их цветки,
Как розовые бабочки, крылаты,
Но тоненькие пальцы крепко сжаты.
Постой чуть-чуть на гнущихся мостках
60 Над ручейком, в прибрежных тростниках,
Какая голубиная истома
В природе, движущейся невесомо!
Как тихо вдоль излучины течет
Здесь ручеек: ни звука не шепнет
65 Ветвям склоненным! Как неторопливо
Плывут травинки через тень от ивы!
Успеешь два сонета прочитать,
Пока вода их вынесет опять
На быстрину, где свежее теченье
70 Бормочет камушкам нравоученья.
Там, извиваясь, пескари стоят
Навстречу струям, и блаженство длят
В лучах горячих, смешанных с прохладой,
И не насытившись своей усладой,
75 Брюшком в песок ложатся отдохнуть
На чистом дне; лишь руку протянуть
Исчезнут вмиг, но стоит отвернуться
Тотчас же осмелеют и вернутся.
Малютки-волны забегают в зной
80 Под бережок, где в зелени резной
Они остынут и, в прохладе нежась,
Подарят зелени питье и свежесть:
Таков обычай истинных друзей
Питать друг друга щедростью своей.
85 Порой щеглы посыплются гурьбою
С ветвей, нависших низко над водою,
Попьют чуть-чуть, встряхнутся, щебетнут,
Пригладят перышки - и вдруг порхнут,
Как дети, прочь - и зарябит, мелькая,
90 Окраска крыльев черно-золотая.
Ах, если средь подобной красоты
Внезапный звук прервет мои мечты,
Пусть это будет милый шелест платья
Над легкой одуванчиковой ратью,
95 Разбитой в пух, - и легкий ритм шагов
Среди упругих стеблей и цветов.
Каким она румянцем вспыхнет нежным,
Застигнута в раздумье безмятежном!
Как улыбнется, не подняв очей,
100 Когда я помогу через ручей
Ей перейти... О нежное касанье
Ее руки, и легкое дыханье,
И из-под русых прядей быстрый взгляд,
Когда она оглянется назад!
105 Что далее? Вечернее свеченье
Росистых примул,- здесь отдохновенье
Найдет надолго взгляд; забыться сном
Сознанье бы могло, когда б кругом
Бутоны на глазах не раскрывались
110 И мотыльки вкруг них не увивались;
Когда б не серебристая кайма
Над облачком; и вот луна сама,
Сияя, в небосвод вплывает синий...
О ты, поэтов светлая богиня,
115 Всех нежных душ отрада и краса!
Ты в серебре купаешь небеса,
Сливаешься с хрустальными ручьями,
С росой в листве, с таинственными снами,
Хранишь затворников и мудрецов,
120 Мечтателей бродячих и певцов.
Хвала твоей улыбке благосклонной,
Что к вымыслам склоняет ум бессонный;
Вбирая твой благословенный свет,
Философ мыслит и творит поэт.
125 За строгим рядом строчек стихотворных
Нам видятся изгибы сосен горных;
Неспешное круженье плавных фраз
Боярышником обступает нас;
Когда же вслед за сказкою летящей
130 Мы мчим, вдыхая аромат пьянящий,
Цветущий лавр и розы лепестки
Прохладою касаются щеки;
Жасмин сплетается над головою
С шиповником и щедрою лозою
135 Хмельного винограда; а у ног
Хрустальным голосом звенит поток.
