Мне вчера до бешенства хотелосьСжать ее в объятиях своихИ шептать ей ласково и нежноДолгий сладострастья стих.Я хотел в очах ее бездонныхМуку и тревогу утопитьИ о мире, глупом и жестоком,На груди у ней навеки позабыть.Я хотел лобзать ее колени,Аромат впивать разметанных волос…О, вчера желанье единеньяНебывалым пламенем зажглось!Но она ушла, не спев последней песни,И слова мольбы погасли на устах,И остался я бескрылый и печальный,Заключенный в каменных стенах.Боже, как она меня <нрзб>,Сколько пытки было в снах моих.Я б не вынес. Но меня живит надежда,Что скажу я нынче ей вчерашний стих.4 ноября 1904 ОрелФ.П.Она ушла и снова грудьТоской мучительной объята,И снова грустно сознаватьМне близость раннего заката.8 ноября 1904 Орел, вечеромМинуты уныньяДолго сном еще полным обманаБудут люди бессильные спатьИ тяжелою дымкой туманаОт них солнечный свет заслонять.Много лет безотрадных промчится,Много будет безрадостных дней,Пока мир наш земной озаритсяКрасотой светозарных лучей.И хоть знаем, что царство СвободыНеминуемо к людям придет,Все ж суровое время невзгодыПо сердцам исстрадавшимся бьет.И тоскует душа от сознанья,Что до светлой поры не дожитьИ широкое море страданьяНе дает нам заснуть и забыть.Но не вечны минуты бессилья,И мы, к счастью, не вечно рабы,И у нас – распускаются крылья,Чтобы мчать нас на поле борьбы!8 ноября 1904 ОрелДве сказки
