Из глубины земли источник бьет.Его художник опытной рукою,Украсив хитро чашей золотою,Преобразил в шумящий водомет.Из тьмы струя, свершая свой полет,Спадает в чашу звучных капль толпою,И золотится радужной игрою,И чаша та таинственно поет.В глубь сердца скорбь ударила меня,И громкий крик мой к небу простирался,Коснулся неба, радужно распалсяИ в чашу чудную упал звеня.Мне петь велит любви лишь сладкий яд —Но в счастии уста мои молчат.
«От горести не видел я галеры…»
От горести не видел я галеры,Когда она, качаясь, отплыла;Вся та толпа незрима мне была,И скорбь была сверх силы и сверх меры.Страдали так лишь мученики веры:Неугасимо в них любовь жила,Когда терзала их железная пила,Жрал рыжий лев иль пестрые пантеры.Всегда с тобой душою, сердцем, думойЯ, рассеченный, за тобой плыву,А телом — здесь, печальный и угрюмый,И это все не сон, а наяву.Из всей толпы улыбка лишь твояС галеры той светилась для меня.
«Все так же солнце всходит и заходит…»
Все так же солнце всходит и заходит,На площадях все тот же шум и гам,Легка все так же поступь стройных дам —И день сегодня на вчера походит.Раздумье часто на меня находит:Как может жизнь идти по колеям,Когда моя любовь, когда я самВ разлуке тяжкой, смерть же не приходит?Вы, дамы милые, без сердца, что ли?Как вы гуляете, спокойны и ясны,Когда я плачу без ума, без воли,Сквозь плач гляжу на нежный блеск весны?Ты, солнце красное, зачем всходило,Когда далеко все, что было мило?
«Моя печаль сверх меры и границ…»
Моя печаль сверх меры и границ;Я так подавлен мыслью об утрате,Как каторжник в холодном каземате,Наполненном двухвосток и мокриц.Как труп бездушный, падаю я ниц,И грезятся мечтанья о возврате,Как будто в тусклом розовом закатеИль в отблеске стухающих зарниц.Увижу ль я тебя, мой друг желанный,Ряд долгих зимних дней мечтой прожив?Придет ли ясный день, так долго жданный,Когда весна несет любви прилив?Когда с цветов струятся ароматы,Увидишь ли, увидишь ли меня ты?
Реки вы, реки, веселые реки,С вами расстаться я должен навеки.Горы высокие, снежные дали,Лучше б глаза мои вас не видали!Сердце взманили зарею багряной,Душу мне сделали гордой и пьяной.Чаща лесная, ручей безыменный —Вот где темница для страсти надменной.Страсти надменной, упорной и пьяной,Бурно стремящейся к воле багряной.Но не поверю, чтоб вновь не видалиОчи мои лучезарной той дали.В тесный ручей я уйду не навеки,Снова вернусь к вам, веселые реки.