По залам прохожу лениво.Претит от истин и красот.Еще невиданные дива,Признаться, знаю наперед.И как-то тяжко, больно дажеДушою жить – который раз? —В кому-то снившемся пейзаже,В когда-то промелькнувший час.Все бьется человечий гений:То вверх, то вниз. И то сказать:От восхождений и паденийУж позволительно устать.Нет! полно! Тяжелеют векиПред вереницею Мадон —И так отрадно, что в аптекеЕсть кисленький пирамидон.1924<p>«Интриги бирж, потуги наций…»</p>Интриги бирж, потуги наций.Лавина движется вперед.А все под сводом ПрокурацийДух беззаботности живет.И беззаботно так уснула,Поставив туфельки рядком,Неомрачимая УрсулаУ Алинари за стеклом.И не без горечи сокрытойХожу и мыслю иногда,Что Некто, мудрый и сердитый,Однажды поглядит сюда,Нечаянно развеселится,Весь мир улыбкой озаря,На шаль красотки заглядится,Забудется, как нынче я, —И все исчезнет невозвратноНе в очистительном огне,А просто – в легкой и приятнойВенецианской болтовне.1924<p>Соррентинские фотографии</p>
