Понимая, что нет в оправданияхсмысла,Что бесчестье кромешнои выхода нет,Наши предки писалипредсмертные письма,А потом, помолившись:«Во веки и присно…» –Запирались на ключ –и к виску пистолет.А нам и честь, и чох, и чёрт –Неведомые области!А нам – признанье и почётЗа верность общей подлости!А мы баюкаем внучатИ ходим на собрания,И голоса у нас звучатВсё чище и сопраннее!..<1967?><p>Песня о последней правоте</p>Ю. О. Домбровскому
Подстилала удача соломки,Охранять обещала и впредь,Только есть на земле Миссалонги,Где достанется мне умереть.Где, уже не пижон и не барин,Ошалев от дорог и карет,Я от тысячи истин, как Байрон,Вдруг поверю, что истины нет!Будет серый и скверный денёчек,Небо с морем сольются в одно.И приятель мой, плут и доносчик,Подольёт мне отраву в вино.Упадёт на колени тетрадка,И глаза мне затянет слюда.Я скажу: «У меня лихорадка,Для чего я приехал сюда?!»И о том, что не в истине дело,Я в последней пойму дурноте,Я – мечтавший и нощно и денноО несносной своей правоте!А приятель, всплакнув для порядка,Перейдёт на возвышенный слогИ запишет в дневник: «Лихорадка.Он был прав. Да простит его Бог!»<1967?>«…Слово «шибер» – это такое старое, по-моему, слово, сейчас оно уже почти не произносится, кроме как в лагере. Шибером называется спекулянт – севший за спекуляцию».
(Фонограмма)<p>Переселение душ</p>Не хочу посмертных антраша,Никаких красивостей не выберу.Пусть моя нетленная душаПодлецу достанется и шиберу!Пусть он, сволочь, врёт и предаёт,Пусть он ходит, ворон, в перьях сокола.Все на свете пули – в недолёт,Все невзгоды – не к нему, а около!Хорошо ему у пирога,Всё полно приязни и приятельства –И номенклатурные блага,И номенклатурные предательства!С каждым днём любезнее житьё…Но в минуту самую внезапнуюПусть ему – отчаянье моёСдавит сучье горло чёрной лапою!<1967?><p>Черновик эпитафии</p> 
