О Негр, чернилами расписанный Натурой, На коем виден лак искусств;Из-под экватора пролезший к нам фигурой, Лица чудесного дивишь архитектурой, Ты винегрет ролей и чувств;Вдруг мамкой, цесарем… и се-карикатурой! Но дело не об том,Со всем твоим уменьем и умом,Ты можешь сделаться великою скотиной, То есть большим скотом,Когда не подаришь друзей безделкой — днем, И не останешься у нас сегодня с Ниной. Плещук! Не вдруг Оставь Друзей! Ей! Ей! Поправь Свой план! Надень Кафтан; Брось лень, Побрей Себя; Друзей Любя, Им ты Вещай: «Скоты! Вам рай, Где я! Одна Моя Жена Да рой Святой Плещат, Ребят, Каких Других Здесь нет Как нет,— Мне вас, Друзей, Подчас Милей! Итак, Чудак Плещук, Ваш друг, У вас, Скотов, Не час Готов, Но шесть И шесть Часов Провесть!»<p>МАКСИМ</p>Скажу вам сказку в добрый час!Друзья, извольте все собраться!Я рассмешу, наверно, вас —Как скоро станете смеяться.Жил-был Максим, он был неглуп;Прекрасен так, что заглядеться!Всегда он надевал тулуп —Когда в тулуп хотел одеться.Имел он очень скромный вид;Был вежлив, не любил гордиться;И лишь тогда бывал сердит —Когда случалось рассердиться.Максим за пятерых едал,И более всего окрошку;И рот уж, верно, раскрывал —Когда в него совал он ложку.Он был кухмистер, господа,Такой, каких на свете мало,—И без яиц уж никогдаЕго яишниц не бывало.Красавиц восхищал МаксимГубами пухлыми своими;Они, бывало, все за ним —Когда гулял он перед ними.Максим жениться рассудил,Чтоб быть при случае рогатым;Но он до тех пор холост был —Пока не сделался женатым.Осьмое чудо был МаксимВ оригинале и портрете;Никто б не мог сравниться с ним —Когда б он был один на свете.Максим талантами блисталИ просвещения дарами;И вечно прозой сочинял —Когда не сочинял стихами.Он жизнь свободную любил,В деревню часто удалялся;Когда же он в деревне жил —То в городе не попадался,Всегда учтивость сохранял,Был обхождения простова;Когда он в обществе молчал —Тогда не говорил ни слова.Он бегло по складам читал,Читая, шевелил губами;Когда же книгу в руки брал —То вечно брал ее руками.Однажды бодро поскакалОн на коне по карусели,И тут себя он показал —Всем тем, кто на него смотрели.Ни от кого не трепетал,А к трусости не знал и следу;И вечно тех он побеждал —Над кем одерживал победу.Он жив еще и проживетНа свете, сколько сам рассудит;Когда ж, друзья, Максим умрет —Тогда он, верно, жив не будет.<p>ЛЮБОВНАЯ КАРУСЕЛЬ, ИЛИ ПЯТИЛЕТНИЕ МЕЛАНХОЛИЧЕСКИЕ СТРУЧЬЯ СЕРДЕЧНОГО ЛЮБЛЕНИЯ</p><p><emphasis>Тульская баллада</emphasis></p>
