Знать, неважны дела обитателей мира сего,Коль в темнице поэт и в болячках всё тело его.Десять стражей стоят у порога темницы моей,Десять стражей твердят, наблюдая за мной из дверей:«Стерегите его, не спускайте с мошенника глаз!Он хитрец, он колдун, он сквозь щелку умчится от нас!Ой, смотрите за ним, не усмотрите — вырвется вон.Из полдневных лучей может лестницу выстроить он».Все боятся меня, но охоты задуматься нет —Кто ж он, этот злодей, этот столь многоликий поэт?Как он может сквозь щелку умчаться у всех на глазах?Чем похож он на птицу, что в дальних парит небесах?И такой испитой, и такой изнуренный тоской!И в таких кандалах! И в глубокой темнице такой!Те, которым веками удел повелительный дан,Всё ж боятся меня, — а пред ними дрожит Джангуван!Даже если бы мог я бороться и если бы смогЧерез стены прорваться и крепкий пробить потолок,—Если б стал я как лев, и как слон бы вдруг сделался я,Чтоб сразиться с врагом, где, скажите, дружина моя?Без меча, без друзей, как уйду я от горя и мук?Разве грудь моя — щит? Разве стан мой — изогнутый лук?<p>АХМАТ ДАНИШ</p><p>КАСЫДА</p>
