Когда срезают грозди виноградаПорою лучезарного тепла,Он с нею встретился. Она из садаНа мулах ехала, как сад светла.И он спросил: «Скажи, что делать надо,Чтоб ты моей, навек моей была?»Она ему: «Не гаснет пусть лампадаПеред Кипридой». Ветку занесла,На мулов крикнула, их сон нарушив,И правый мул забавно поднял уши,И пыль взлетела — розоватый дым.И он пошел, исполненный отрады,И думал: «Хорошо быть молодым,Когда срезают грозди винограда».1922<p>60. «Качнулась занавеска на окне…»</p><p>© Перевод Б. Турганов</p>Качнулась занавеска на окне,Мгновенно и пленительно алея,И ветерок в вечерней тишине,Листвой играя, убежал в аллею.Там, за окном, — склоненный над столомДевический простой и чистый профиль,А с площади глядят на тихий домДва старых друга: Фауст и Мефистофель.Собор простлался тенью по земле,У стен коты мелькают торопливо,И круглоглазый филин в полумглеИм безнадежно шлет свои призывы.Плащи в пыли, засечки на клинках,В мечтах давно уж нет былого блеска,Но всё глядят, с надеждою в глазах,Как в вышине алеет занавеска.1922<p>61. «Ветвистый дуб, угрюмый и суровый…»</p><p>© Перевод В. Бугаевский</p>Ветвистый дуб, угрюмый и суровый,Столетний дом укрыл шатром густым.Остановиться б, привязать гнедогоИ поклониться образам святым!Рекою желтой и неторопливойТропа течет, небес не отразив.Могучий дуб, хоть ты листвой шумливойОтветь на несказанный мой призыв!Певунья ласточка под крышей где-тоГнездо свивает, в чаще зверь завыл…И сердцу снится, что тропой вот этойАйвенго в город на турнир спешил.1922<p>62. «Поэт! Ты будь своим судьею…»</p><p>© Перевод Б. Турганов</p>Поэт! Ты будь своим судьею:Когда тоска и ночь в груди,Возвысься над самим собою,И суд твори, не знай покоя,И не прощай, и осуди.Придут свидетели, вставаяСо дна испуганной души, —И ты ей скажешь: в мир без краяСтупай, нигде не отдыхая,И, согрешивши, не греши.1922<p>63. «Все умерли — а об одном скорблю я!..»</p><p>© Перевод Ю. Саенко</p>Все умерли — а об одном скорблю я!Не прогнусавил ничего дьячок,И поп с оплатой молча согласился,Не голосили бабы, детвораНад вырытой могилой.                                       В синем небеДва коршуна висели недвижимо,И даль была пустынна. Вот и всё.Он был иль нет? В последних белых астрах —Предчувствие сверкающих снегов.Я положил бы их у изголовья,Я плакал бы, когда б не показалось,Что я себя — себя же хороню.1922<p>64. «В горах, среди камней и ледников…»</p><p>© Перевод Н. Ушаков</p>
Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Библиотека поэта. Большая серия

Похожие книги