Кончаю повесть. НеохотаРассказывать земле другой,Как шла тяжелая пехотаСквозь заградительный огонь.Но комитет увечных строгийНайдет великая толпаСлепых, безруких и безногих,А мы найдем того попа.Любителям богобоязниНикак нельзя ему помочь:Он в обе руки взял подрясник,Когда сраженье началось,И полетел быстрей победыНа тыловую колею —Он явно не хотел обедать —Ни возле рая, ни в раю.Он бурей мчался без оглядок,Пока не взяли на ходуОбозы третьего разрядаДикорастущую браду.«Так не хотите щей господних?» —Кричал попу обозный скоп.«Я плотно завтракал сегодня», —Так отвечал премудрый поп.1931
50. ПОБЕДА
1Я славил Красную Армию, каленую сталь штыков.Слава, слава, слава идет на веки веков.Она опоясала небо, она достает до дна.Слава, слава, слава — на веки веков одна.Она над забоем, слава, в разгоне отборных слов,В высоком качестве нефти, в добыче всех промыслов.Веселое косноязычье, уйди в другие края.Друзьям моим не приснится, что явственно вижу я.Вы б землю перевернули. Подкиньте таким рычаг!Рабочим Биби-Эйбата — косая сажень в плечах!Я лучше возьму сравненье: их руки длиннее дня!(Критики Вонмигласовы, идите против меня.Тут Клюева нет в помине, но есть еще имена,Кричите, что это — абстрактно, что сажень отменена.Возьмите на карандашик и вышлите ходока.Чихал я на ваши плешины с высокого потолка!)Баку. Нефтяные вышки в тяжелом земном соку,И ветер соленый с моря, и снова, опять Баку.Шумите, мои деревья познанья добра и зла,Великолепная песня идет на четыре узла!2Обрадован несказанно, кричу с переулков кривыхРабочим Биби-Эйбата — шеренгам передовых.Огнями энтузиазма зажжем исполинский день.Такое высокое время в труде молодит людей.Без всякой «мольбы о чаше», без всяких «иже еси»,Вы дважды день обернули на крепкой его оси.Вы знаете, что такое, когда с нефтяных породДвойные наборы нефти кидают в круговорот.3Баку. Нефтяные вышки в тяжелом земном соку,И ветер соленый с моря, и снова, опять Баку.Веснушчатый полуостров, распоротый на ремни,Присяга земле отверстой и новый разор земли!Маршруты окованных бочек, не знавших конца путин,В нефтянках (плывут по Волге) разлит голубой сатин.И я становлюсь бессилен. И гром открывает рот.Нефть — цвета венозной крови — подкинута в круговорот.4