Вы в затхлых буднях, чьи смесились даты,В пыли неправд и кривотолков злыхБлестите, мысли, как зарниц ночныхГлаза в предчувствии грозы крылатой.Темнеет небо. Гулов громовыхВсё ближе слышны тяжкие раскаты,И вдруг на грудь, где все желанья сжаты,На землю хлынет холод струй живых.И радостно впивает порой каждойТот дождь земля, измученная жаждой,К ней лилия в изнеможенье льнет.Так вы, тревожные, людей зоветеОт будней, от погибели в болоте,К бескрайностям оснеженных высот.<1925><p>84. «Запахла осень вялым табаком…»</p>Запахла осень вялым табаком,И яблоками, и ночным туманом,Сверкают астры над песком румянымЗа широко распахнутым окном.Кузнечик в травах, как зеленый гном,Смычком поводит. И зачем весна нам,Когда с годами выдержанней станемИ мудрость нас украсит серебром.Бери суму и дом родной покинь,И пей холодную немую синьНа взлесье, где медово пахнут дыни.Учись быть и правдивым, и простымИ, проходя по листьям золотым,Забудь про башни темные гордыни.<1925><p>85. «Докуривайте, господа, кончайте…»</p>Докуривайте, господа, кончайтеЛикер и кофе. Мщенья грозный часУже настал. По лестнице грохочутЖелезные шаги и сотрясаютВсю землю: никуда вам не укрытьсяИ гнева правого не избежать.Ключи от житниц бросьте в океан,В глухие, вспененные ветром волны,Скупые рыцари, в последний разНа золото взгляните в подземельях,В последний раз уста своих любовницНакрашенных целуйте. Дверь трещит,Гремит железо, голоса гудят,И встало зарево в высоких окнах.<1925><p>86. «По городу, Парисовы чертоги…»</p>По городу, Парисовы чертогиПокинув, шла она в часы тревогиИ встретила у крепостных валовТолпу троянцев — хмурых стариков.«Вот женщина, что топит нас и губит!»— «Ее напрасно сын Приама любит!»— «Убить ее!» — «И смерти мало ей!»Тут глянула она из-под бровейИ дальше двинулась походкой плавной.А те: «Хвала и слава богоравной!»<1925><p>87. «Великою отмечен благостыней…»</p>Великою отмечен благостыней,Анхизов сын глядел богине вслед:А дымка легкая, чей нежный цветБлеснул вдали, исчезла в небосини.Не только лебеди, а целый светСлужили ей — отраде и святыне,—Хотя из пены родилась богиня,Но тверже не было ее и нет.Эней не мог забыть ее ладони,Они его ласкали, а не жгли,А волны бушевали, словно кони,Троянские качались корабли,И боги провожали их колонну, —Одни гневясь, другие благосклонно.<1925><p>88. ТРОЕ В ОДНОЙ ЛОДКЕ (НЕ СЧИТАЯ СОБАКИ)</p><p>Джером К. Джером</p>
