...А там мой мраморный двойник,Поверженный под старым кленом,Озерным водам отдал лик,Внимает шорохам зеленым.И моют светлые дождиЕго запекшуюся рану...Холодный, белый, подожди,Я тоже мраморною стану.
1911
<p>III</p>Смуглый отрок бродил по аллеямУ озерных глухих берегов.И столетие мы лелеемЕле слышный шелест шагов.Иглы елей густо и колкоУстилают низкие пни...Здесь лежала его треуголкаИ разорванный том Парни.
24 сентября 1911
Царское Село
<p>И мальчик...</p>И мальчик, что играет на волынке,И девочка, что свой плетет венок,И две в лесу скрестившихся тропинки,И в дальнем поле дальний огонек, —Я вижу все. Я все запоминаю,Любовно-кротко в сердце берегу,Лишь одного я никогда не знаюИ даже вспомнить больше не могу.Я не прошу ни мудрости, ни силы,О, только дайте греться у огня!Мне холодно... Крылатый иль бескрылый,Веселый бог не посетит меня.
30 ноября 1911
Царское Село
<p>Любовь покоряет...</p>Любовь покоряет обманноНапевом простым неискусным.Еще так недавно-странноТы не был седым и грустным.И когда она улыбаласьВ садах твоих, в доме, в поле,Повсюду тебе казалось,Что вольный ты и на воле.Был светел ты, взятый еюИ пивший ее отравы.Ведь звезды были крупнее,Ведь пахли иначе травы,Осенние травы.
Осень 1911
Царское Село
<p>Сжала руки...</p>Сжала руки под темной вуалью...«Отчего ты сегодня бледна?..»– Оттого что я терпкой печальюНапоила его допьяна.Как забуду? Он вышел, шатаясь,Искривился мучительно рот,Я сбежала, перил не касаясь,Я бежала за ним до ворот.Задыхаясь, я крикнула: «ШуткаВсе, что было. Уйдешь, я умру».Улыбнулся спокойно и жуткоИ сказал мне: «Не стой на ветру».
8 января 1911
Киев
<p>Память о солнце...</p>Память о солнце в сердце слабеет,Желтей трава,Ветер снежинками ранними веетЕдва-едва.Ива на небе пустом распласталаВеер сквозной.Может быть, лучше, что я не сталаВашей женой.Память о солнце в сердце слабеет,Что это? – тьма?Может быть! За ночь придти успеетЗима.
30 января 1911
Киев
<p>Высо́ко в небе...</p>Высо́ко в небе облачко серело,Как беличья, расстеленная шкурка.Он мне сказал: «Не жаль, что ваше телоРастает в марте, хрупкая Снегурка!»В пушистой муфте руки холодели,Мне стало страшно, стало как-то смутно,О, как вернуть вас, быстрые неделиЕго любви воздушной и минутной!Я не хочу ни горечи, ни мщенья,Пускай умру с последней белой вьюгой,О, нем гадала я в канун Крещенья,Я в январе была его подругой.
