Теперь Беккет непрерывно оборонялся, атаковать не оставалось времени. Он с трудом нашелся, чтобы пошутить в ответ:
— Похоже, я недостаточно долго у него занимался… — Чезарио снова рассмеялся:
— Шпага — очень строгий учитель, особенно сегодня, когда, как я вам уже говорил, в моде совсем другое оружие…
Вдруг у Беккета перехватило дыхание. Рапира в руке Чезарио, казалось, ожила, тогда как его собственная весила будто целую тонну. Чезарио нападал, не выказывая и тени усталости. Беккет чувствовал, как его лицо под маской заливает пот. Дыхание сбивалось, в горле першило. Ему то и дело казалось, что он вот-вот поразит соперника, но тот неизменно ускользал. Наконец Беккет понял, что еще секунда — и он, задохнувшись, бессильно свалится на пол. Его охватило бешенство. Собрав остаток сил, он бросился в последнюю атаку. Удар, еще удар…
— Туше! — послышалось в толпе болельщиков.
Беккет встал как вкопанный. Острие клинка упиралось ему в сердце. Он так и не понял, как это случилось. Опустив оружие, откинул маску.
— Вы слишком сильны для меня, князь, — проговорил он хрипло, с трудом переводя дыхание.
Тот рапирой отдал салют.
— Мое счастье, что у вас не было довольно времени для практики, — с улыбкой ответил он.
— К тому же вы слишком добры, — с усилием выдавил Беккет.
— Не хотите составить мне компанию и выпить по капле? — предложил Чезарио.
— С удовольствием, — откликнулся Беккет. — Сегодня я могу себе это позволить.
Они сидели в комнате для отдыха перед горящим камином. Вытянув длинные ноги, Чезарио смотрел на Беккета. Тот устроился в кресле напротив.
Чезарио поднял бокал.
— Я думаю, мистер Беккет, вы здесь не за тем, чтобы упражняться в фехтовании.
Тот поднял глаза. Временами князь ничем не напоминал европейца. Вот и теперь: взял да и выложил все, что у него на уме.
— Вы правы, князь, — согласился Беккет. — Я пришел, чтобы предостеречь вас и предложить нашу помощь.
— Вот как? — Чезарио удивленно вскинул брови. — Это очень мило с вашей стороны, однако от чего вы хотите меня предостеречь?
— У нас есть сведения, что вашей жизни угрожает серьезная опасность.
Чезарио расхохотался;
— О, это уже смахивает на мелодраму!
— Я не шучу, князь, — Беккет не улыбнулся. — Небезызвестные люди намереваются убить вас.
— Убить меня? Интересно. И кто же эти небезызвестные люди?
Бекет неотрывно следил за ним.
— Большой Датчанин, Эллис Фарго, Денди Ник. — В лице Чезарио ничего не изменилось.
— Имена мне незнакомы.
— Ответчики по делу, где были убиты свидетели. Видите ли, князь, они убеждены, что вы и есть тот самый Стилет.
Чезарио от души расхохотался.
— Превосходно! Итак, я — Стилет, и эти люди собираются убить меня за то, что я спас их от суда?
— Именно так. Теперь они всерьез опасаются, что вы можете выступить против них.
— Ну, тогда… — Чезарио отпил из бокала, — тогда они просто глупые люди.
— Верно. Но они опасные люди. — Беккет строго смотрел на него. — К сожалению, князь, приемов защиты от пули в спину не существует…
Чезарио поднялся.
— Я позабочусь о себе, — невозмутимо проговорил он. — Во время войны, мистер Беккет, мне приходилось иметь дело с гораздо большей опасностью. Вам, я думаю, это известно. Ведь в вашем бюро знают все, не так ли?
Беккет кивнул.
— И все же наш долг — помочь вам.
— Ваша контора уже достаточно мне помогла, — холодно заметил Чезарио. — Не просочись информация о вашем посещении в газеты, они никогда бы обо мне не узнали.
Беккет тоже встал.
— Мы очень сожалеем, князь. Не понимаю, как газетчики пронюхали о нашей встрече. И все же настоятельно прошу обратиться к нам при малейшем подозрении или угрозе. Мы немедленно придем на помощь.
Он протянул руку, и они обменялись рукопожатиями.
— Благодарю, мистер Беккет. Не думаю, что в этом возникнет необходимость.
Чезарио отворил дверь, вошел в прихожую своей квартиры и начал раздеваться.
— Тонио! — позвал он.
Ответа не последовало. Немного постояв, он бросил пальто на стул и прошел к двери ванной.
— Тонио! — Нет ответа.
Досадливо хмыкнув, он направился к спальне. Пора приструнить этого мальчишку, хоть он и племянник Гио. Слуге не подобает так себя вести. Уже который раз, возвратившись, он не застает его дома. Америка вконец разбаловала парня.
Он включил в спальне свет и направился было в ванную, как вдруг замер… В ванной шумела вода.
— Тонио! — окликнул снова. Нет ответа.
Он сделал еще шаг — и снова замер… В голове мелькнуло предостережение Беккета. Мгновение и в ладони появился стилет.
Он стремительно шагнул к двери и распахнул ее. Под льющимся душем стояла девушка. Обернувшись, она воскликнула испуганно:
— Чезарио!
— Илина?! — он не скрывал изумления. — Что ты тут делаешь? Я думал, ты в Калифорнии!
— Принимаю душ… — уже спокойнее произнесла она, заворачиваясь в полотенце. — Но почему ты с ножом? Кого ты ожидал увидеть у себя в ванной?
Он опустил стилет, и тот исчез в рукаве. Илина подбежала к нему. Одной рукой придерживая полотенце, она другой обвила его шею и несколько раз поцеловала.
— Чезарио, дорогой! Ты должен помочь мне!
Он недоверчиво усмехнулся. Просить о помощи было вовсе не в ее репертуаре…
