— Потому что я северянин, — ответил он, доставая из стола маленькую брошку в виде Полярной звезды. Я поражённо посмотрела на него. Куда ни глянь, везде повстанцы! В который раз я наталкиваюсь на это, но даже в страшных мыслях не подумала бы о том, что люди, которые окружают меня — повстанцы. Сколько можно? А при любом удобном случае повстанкой называют меня! Да чёрта с два, я повстанка! — Я только прошу тебя, не срывайся отсюда, сломя голову. Дай всё объяснить.
У меня и в мыслях не было сбегать. Что мне сделает Джейк, когда я была знакома с главой северян, которому помогла с оружием? Делает ли этот поступок меня повстанкой? Тогда и Максона с Николеттой стоит приписать к северянам в равной степени, как и меня.
— Я вступил в ряды повстанцев, когда мне было семнадцать, после смерти моей сестры. Ей было двадцать три, — Джейк сделал глубокий вдох. По нему было видно, что его рассказ будет тяжёлом в моральном плане. — И она была частым гостем во дворце, — ещё один тяжёлый вздох. — Я не знаю, что конкретно она там делала, да мне было тогда и не интересно. Меня заботили совсем другие дела, но, однажды, я подслушал разговор своей сестры и матери. Тогда я узнал не очень приятные известия о том, что моя горячо любимая сестрица любовница короля.
— Любовница? — кровь отхлынула от лица. В голове не укладывалось, что король Кларксон мог изменять такой доброй и красивой женщине, как наша королева. Кларксон был ужасным человеком, я этого не отрицала, но чтобы иметь женщину на стороне, для меня стало это потрясением. Неужели любовь короля и королевы ложь? Все эти Отборы, разговоры о вечной любви — всё это враньё, пыль в глаза общественности, чтобы отвести их взгляды от насущных проблем?
— Да, — глухо ответил Джейк, явно стыдясь этого факта. — Хорошо, что тогда отца уже не было. Он не успел узнать, как опозорилась его дочь. Не знаю, как мама ей это позволила, но спустя годы я наконец-то понял, откуда у нас появились деньги. Не сказать, что мы были богаты: да, был фамильный дом и пара прислуг, но после смерти отца, нам стало тяжко. Мама никогда не работала и работать не желала, а я ещё учился. Сестра не блистала талантами, но зато имела прекрасную внешность, чем, видимо, и воспользовалась.
— Что произошло? — тихо спросила я, когда Джейк, погружённый в свои воспоминания, замер и не спешил продолжить свой рассказ.
— Она забеременела и по собственной глупости сказала об этом королю, — в его голосе сквозил такой холод, что я даже поёжилась. — Она поступила необдуманно, окрылённая своим счастьем и наивной верой в любовь короля, — Джейк запустил пятерню в волосы. Я чувствовала, как ему было больно об этом говорить, и хотела было прекратить его пытку, но он продолжил: — Он велел ей избавиться от ребёнка. Ему не нужен был бастард. Королевская семья чиста, не стоило бросать тень на неё. Счастливые король и королева с сынишкой, тогда как этот ребёнок не имел право на существование с самого начала.
— Она отказала ему?
— Да, за что поплатилась жизнью, — горько закончил Джейк. — Джоанну убили. Она возвращалась с ежегодного бала-маскарада, когда внезапно появился мужчина и всадил нож в неё шесть раз. Не знаю, сколько мучилась моя сестра, но когда её доставили в больницу, она уже была мертва. Как бы я не злился на свою сестру, но она не заслуживала такой участи! И нет сомнений в том, что убийца был подослан королём, потому что она отказала ему. Но что больше всего меня удивило, так это то, что дело быстро закрыли, даже не найдя убийцу. Как будто кто-то пытался замести следы. Через несколько лет, когда я отучился и поступил на службу, то ничего не обнаружил. Архив был пуст. Лежала только папка с именем моей сестры, а внутри ничего.
Теперь многое становилось ясным. Вот почему Джейк назвал меня своим искуплением. Я являлась для него образом погибшей сестры, да только поколение разнилось, да и король с принцем не были похожими, но однако в голове не укладывалось то, что Кларксон был способен на такое. Может это было всего лишь предположение Джейка? Он просто нашёл того, на кого легко было повесить все обвинения. Ведь вещественных доказательств не было. Джейк просто ткнул пальцем в небо. Но с другой стороны, Кларксон был жесток, я в этом убедилась на собственной шкуре. И если всё это было правдой, то на троне сидел человек ничем не лучше Грегори Иллеа, а может даже хуже.
— Поэтому ты думаешь, что за крушением самолёта стоит Максон? — тихо спросила я, желая удостовериться в своих догадках.
— Да. Я понимаю, твоя вера в него сильна, но попробуй мыслить здраво. Это было бы в его…
— Стиле? — неживым голосом спросила я. — Ты не знаешь его, Джейк! Он совсем не такой.
— Мне не нужно знать его. Мне хватает знать то, что его отец - Кларксон. Вся их семья одна сплошная ложь. Монархия уже давно прогнила изнутри, и никакие Отборы их не спасут!
— Джейк, Максон не такой! — крикнула я. — Он не мог так поступить. Он совершенно не похож на своего отца. Не смей даже сравнивать их. Я понимаю, что для тебя я отождествляю образ твоей сестры, но всё было по-другому!
