Стимулы и институты полностью

2. Распространение конкретного новшества в форме назначения плановых заданий одновременно всем государственным предприятиям в некоторых случаях может происходить быстрее, чем в рыночной экономике и без возникновения экономического цикла. В одно время это считалось одним из «преимуществ плановой экономики», по крайней мере на ранних этапах индустриализации68. Прежде чем сделать вывод о том, что «мы можем считать само существование организации, нуждающейся в координации, свидетельством неосуществимости или, по крайней мере, неэффективности системы, основанной на ценах» [9, с. 69], следует понять (даже не принимая во внимание проблему стимулов), что эти доводы применимы только в очень ограниченном контексте распространения инноваций, характеристики которых уже были опробованы за пределами плановой экономики. Иными словами, экономия ресурсов и времени, достигаемая за счет централизованного принятия решений, предполагает существование предыдущего этапа игры, в ходе которого рыночный механизм отбирает жизнеспособное новшество из ряда альтернативных вариантов. Доводы Эрроу (и иные аналогичные доводы в защиту централизованных или квазицентрализованных экономических систем), таким образом, будут актуальны для экономик небольшого масштаба, пытающихся догнать развитые промышленные страны, но не для развитой экономики, которая должна генерировать собственные инновации69. Примем во внимание также и то, что совершенствование систем связи и информатики в рыночных экономиках значительно увеличивает скорость распространения инноваций, что уменьшает преимущество плановой экономики.

3. Количество производственных единиц (государственных предприятий) ограничено балластными издержками планирования, чего нет в рыночной экономике. Таким образом, появляется тенденция к тому, что количество отдельных предприятий в плановой экономике меньше, нежели необходимо с точки зрения «чистой» экономической эффективности (если не принимать во внимание ограничения, накладываемые необходимостью сохранения иерархических прав собственности). Государственные предприятия имеют раздутые штаты и низкую производительность труда по сравнению с аналогичными предприятиями в рыночной экономике из-за растрачивания ренты, вызванного стоимостью планирования. Нет необходимости говорить, что, с точки зрения «Сталина», это оправдано, так как в конечном итоге он оказывается в лучшем положении по сравнению с ситуацией, в которой его могут сместить.

4. Существует расхождение между истинным общественным предельным коэффициентом трансформации основного капитала х в конечный продукт у (равным предельному продукту ∂а(х_ko)/∂х_ko) и коэффициентом трансформации, который требует диктатор (равным среднему продукту a(x_ko)/x_ko). Если диктатор не в полной мере понимает эту разницу и не принимает ее во внимание при назначении плановых заданий, то высока вероятность избыточных инвестиций. Более подробно мы рассмотрим эту сторону плановой экономики и ее скрытые последствия для стабильности плановой экономики в следующей главе.

В главе 1 мы представили общее описание плановой экономики, а в главе 2 построили теоретическую модель этой формы экономической организации в тоталитарном государстве, в котором происходят технологические новации. Рассмотрим теперь поведение основной хозяйственной единицы в плановой экономике — государственного предприятия. Наша цель состоит в том, чтобы лучше понять, каким образом процесс постепенной либерализации плановой системы, выразившийся в изменении стимулов и взаимоотношений между государственными предприятиями, их непосредственными вышестоящими контролирующими органами и высшей властью, отразился на поведении менеджеров государственных предприятий. Как мы уже отмечали, поведение управленческого персонала в посткоммунистических фирмах прямо воспроизводит многие черты его поведения на поздних этапах плановой экономики. Это сходство не является лишь результатом силы инерции. Оно имеет глубокие корни в системе стимулов экономики переходного периода.