– Иди сюда, – говорю я, притягивая ее в свои объятия. Я не буду злиться или расстраиваться. Теперь мы команда. Если она падает – я поднимаю. В этих отношениях я не собираюсь делать еще хуже, когда ей и без меня трудно. – Мы можем пойти по проселочным дорогам, пока не найдем того, кто отвезет нас в город, или хотя бы дом с телефоном, чтобы позвонить Матео.
– Почему ты ведешь себя так мило? Я же солгала тебе.
– Мы разберемся с этим вместе, Далила, я не брошу тебя, если только ты сама этого не захочешь.
– Ого. – Она меня крепко обнимает. – Это самое приятное, что мне когда-либо говорили. Темнеет. Давай просто сделаем, как ты сказал. Мы можем отвезти пикап за те камни на ночь, чтобы нас не было видно, и отправимся в путь утром.
– Уверена, что такой план подходит? – Мысль о том, что ее строгий отец не знает, где она спит этой ночью, не очень-то радует. – Я могу оставить тебя в пикапе и пойти поискать помощь.
Она отчаянно качает головой.
– Я тебя не отпущу. Ни за что.
Вскоре мы прячем пикап за огромными валунами и сидим, наблюдая за закатом. Воздух наконец становится прохладнее. Вдали слышится вой, который напоминает нам, что мы прямо посреди полей.
– Здесь так спокойно, – говорю я ей, когда она кладет голову мне на колени, а ее волосы рассыпаются по моим джинсам. – Я бы мог здесь жить, – продолжаю я и прохожусь пальцами по мягкой голубой пряди. – Только без картелей или наркобаронов.
– Моя страна не вся наполнена наркобаронами и картелями.
– Знаю. Из-за новостей в США кажется, что Мексика – военная зона.
– А нам кажутся такими же репортажи о Чикаго. Там выставляют военной зоной именно его.
– Думаю, что новости показывают лишь то, что хорошо вписывается в историю, – замечаю я.
Она обнимает меня крепче.
– Давай построим дом прямо здесь, Райан. У нас будет несколько детей, будем есть то, что вырастим на земле.
– Несколько детей? – спрашиваю я. – Несколько – это сколько?
На ее лице появляется игривая улыбка, когда она садится и говорит:
– По крайней мере шесть. Восемь максимум.
Я чуть не подавился.
– Восемь? Как насчет трех? Мне это кажется хорошим числом.
– Да разве это число, Райан. Вот восемь – да…
Пока мы в стране фантазии, я могу погрузиться в ее иллюзии.
– Ладно, у нас будет восемь детей. У нас даже хватит земли на новый дом для
– Не забудь о моих трех сестрах. Мы им тоже построим дома. Каждой.
Я представляю все это в голове, словно однажды это может стать реальностью. Мне нужно добавить лишь одно.
– Нам придется построить дом и для моей мамы. После прохождения реабилитации она могла бы жить с нами.
– Может, она изменится, когда станет старше, – говорит мне Далила. Она садится на мои колени лицом ко мне. Не могу поверить, что притворялся, будто у меня нет влечения и чувств к ней. Ее наглый носик трется о мой. – Все может измениться, Райан. Даже твоя мама. – Она берет мое лицо в ладони. – Но, если не получится, мы всегда будем друг у друга. И наши десять детей. Мы создадим свою любящую семью.
Я поднимаю руку.
– Вау, притормози. Ты только что сказала десять детей?
Ее улыбка становится шире. Мне нравится эта улыбка.
– Возможно.
– Если у нас будет десять детей, то лучше начать практиковаться прямо сейчас. – Я кладу руку ей на затылок и нежно целую. Она хватается за мою рубашку и стонет, когда ее язык тянется навстречу моему. Так я потеряю самообладание еще до того, как все начнется.
Правда в том, что я могу представить, как проведу остаток жизни с этой сумасшедшей, удивительной девушкой, которая скрывает столько секретов и не дает мне расслабиться. Я не знаю, чего ожидать дальше, и не до конца доверяю ей.
Но несмотря на все это, я влюбляюсь в нее.
Она обрывает наш поцелуй и, все еще сидя на мне, снимает мою футболку, которая была на ней весь день. Ее пальцы направляются к крючку сексуального бюстгальтера, и она расстегивает его, заставляя меня почувствовать себя самым удачливым парнем на планете. Он спадает с ее плеч, открывая идеальную полную грудь. Я сглатываю, и мое дыхание становится прерывистым, когда ее рука тянется к моей молнии.
– Райан, – шепчет она мне на ухо. – Давай притворимся, что эта ночь – последняя ночь в нашей жизни, ладно?
Обычно я против того, чтобы притворяться. Но не сегодня ночью.
Далила
Мы почти не спим уже вторую ночь подряд, но мне все равно. Приятно видеть лицо мирно сопящего Райана. Прошлой ночью я отдала ему все, что имею – мои сердце, душу и тело.
Я крепко прижимаю его к себе, не желая никогда отпускать. Я нервничаю из-за того, что произойдет, когда я вернусь домой. Я знаю, что папа будет вне себя от гнева. Мне просто нужно заставить его выслушать меня и дать понять, что мне нужно было увидеться с абуэлой Кармелой, несмотря на его запрет.
Однако у меня еще больше вопросов, чем раньше.
Не знаю, кому верен мой отец. Он, как и те офицеры на шоссе, притворяется?
