Текила немного помогла, и к тому времени, как моя голова коснулась подушки, я чувствовала приятное возбуждение. Но никакое количество алкоголя не могло заставить меня перестать беспокоиться о Кейде, о котором я ничего не слышала весь день. Я лежала, уставившись в потолок, пока не услышала тяжелые шаги, поднимающиеся по лестнице, и дверь тихо открылась. Сев, я наблюдала, как Кейд закрывает за собой дверь.
— Ты еще не спишь, детка? Уже поздно. — Кейд говорил ласково, сел на кровать и погладил меня по щеке.
— Не могла уснуть. Беспокоилась о своем мужчине.
На его лице промелькнула нежность, которая предназначалась только мне, для остального мира у него была наготове жесткая и суровая внешность.
— Я здесь, детка, целый и невредимый. — Он встал, начал раздеваться, повесив жилетку на спинку стула. Я рассматривала ее в тусклом лунном свете, испытывая смешанные чувства к кожаному предмету одежды.
— Как долго это продлиться? — тихо спросила я, все еще глядя на стул.
На секунду Кейд замер, потом продолжил раздеваться. Он забрался на кровать, накрыв мое тело своим.
— Скоро все закончится, детка, обещаю, — его голос был напряженным, суровым. — Не представляешь, как мне жаль, что ты вляпалась в эту кучу дерьма. Господи, ты такая хорошая, такая сильная. Не нужно, чтобы эта мерзость снова пятнала твою жизнь, а она, мать ее, пятнает. — Он злился на себя. — Если бы я не был таким эгоистичным ублюдком, то отпустил бы тебя, позволил убежать на мили от этой жизни.
Мой разум запаниковал при мысли о его потере, но рациональная часть меня рассматривала возможность убежать от опасности, которую представляли клуб и Кейд.
Кейд пристально смотрел на меня, будто пытался прочитать мои мысли.
— Но я не могу, Гвен. Не могу тебя отпустить. Мысль о том, что я не буду с тобой, не смогу тебя защитить, спать рядом с тобой, погрузиться в тебя в конце дня, эта мысль пугает меня до чертиков. И мысль о том, что другой мужчина когда-либо прикоснется к тебе, — он буквально дрожал от ярости, — сводит меня с ума.
Он крепко поцеловал меня, а потом отстранился.
— Я люблю тебя, Гвен, черт возьми, я должен был сказать это в тот момент, когда ты призналась мне в любви, придав моей чертовой жизни смысл. Я люблю тебя больше всего на свете, детка.
Святое дерьмо.
Вот это я понимаю — признание в любви. Мой байкер знал, как сделать это правильно.
— Я тоже люблю тебя, Кейд, — прошептала я, прежде чем он поглотил мой рот, сдернул одеяло, резко втянув в себя воздух при виде моего обнаженного тела.
— Ты охрененно сногсшибательная, детка.
Он снова поцеловал меня, сильно ущипнув за сосок, я застонала ему в рот. Его мозолистые ладони заскользили вниз по моему телу, пока не достигли моего промокшего местечка. Он засунул палец внутрь, и я увидела звезды, оргазм уже взбирался вверх по позвоночнику.
— Кейд, — пробормотала я, пока он ласкал мой сосок. — Мне нужно, чтобы ты был внутри меня.
Я начала извиваться, когда его палец задвигался быстрее.
— Пока нет, Гвен, я хочу посмотреть, как ты кончаешь от моего пальца, хочу почувствовать, как твоя маленькая киска пульсирует на моей руке, — хрипло ответил он, и от его слова я кончила, громко воскликнув.
Я пребывала в тумане, когда Кейд вошел в меня, удовольствие пронзило мою и без того чувствительную плоть. Его глаза не отрывались от моих, пока он медленно занимался со мной любовью, эмоции и любовь в его глазах почти разрывали меня на части. Внезапно я оседлала волны удовольствия, снова сжавшись вокруг него. Я услышала его рычание, пока вытягивала из него его собственное освобождение.
Некоторое время он лежал на мне, тяжело дыша.
— Люблю тебя, детка, — тихо сказал он.
Я снова посмотрела на него, и все остальное исчезло — клуб, опасность, — моя любовь к этому мужчине сыграла главную роль.
— Я тоже тебя люблю.
Кейд поцеловал меня в лоб и сдвинулся так, чтобы все еще наполовину быть сверху, но не раздавить меня.
— Засыпай, Гвен, — приказал он.
Никогда бы не подумала, что смогу спать со своим громадным парнем не только на мне, но и внутри меня, но я уснула.
***
Я просыпалась медленно, удовольствие поднималось по позвоночнику, рот Кейда зарылся между моих ног. Я опустила руку ему на голову, не в силах говорить, когда оргазм пронесся по моему полупробудившемуся телу. Кейд отстранился, когда я оправилась от сотрясающих меня спазмов. Не говоря ни слова, он схватил меня за бедра и усадил так, чтобы я оседлала его. Я резко охнула, когда он пронзил меня, удовольствие затуманило мой разум. После этого мозг думал только об удовольствии.
Кончив, я рухнула на Кейда, мы оба тяжело дышали после оргазмов.
— Идеальный способ начать утро, — прошептала я, уткнувшись носом в его шею.
Руки на моих бедрах сжались.
— Если бы только я мог оставаться в тебе весь день, — вибрировал его голос у меня в ухе.
— Не думаю, что переживу это, — хихикнула я, прежде чем медленно приподняться и направиться в ванную.
