– Это было очень давно, – задумчиво произнес Эмрис, помолчал и добавил: – но земля помнит. – Он снова развернулся к молодому человеку и заговорил деловым тоном: – Я знаю кое-что полезное для твоей борьбы за спасение поместья, капитан Стюарт.
Джеймс никак не ожидал упоминания своего армейского звания. Махнув рукой, он проворчал:
– Я больше не служу.
– Сейчас – нет, но когда-то служил, ведь так? – старик улыбнулся своей призрачной улыбкой.
– Откуда вы знаете о моих проблемах с законом? – спросил Джеймс, но тут же сообразил, что вся округа знает о его неприятностях, связанных с поместьем – по крайней мере, с той частью, которую подарил его родителям покойный герцог Морвен.
– Я знаю, что ты унаследовал охотничий домик и двести акров луга и соснового леса, если суд поддержит твои притязания.
– Сдается мне, вы не адвокат? Верно?
– Кем я только не был, – ответил незнакомец. И снова у Джеймса возникло отчетливое ощущение, что этот человек намного старше, чем кажется. – Но, думаю, запомнил бы, доведись мне когда-нибудь побывать солиситором. – Он устало покачал головой. – Нет, я не законник. Я просто много знаю об этой земле. [Солиситор – категория адвокатов в Великобритании, готовящих судебные материалы для барристеров – адвокатов высшего ранга. Солиситоры имеют право вести судебные дела в судах низших инстанций (магистратных судах графств и городов-графств).]
– И что же вы такого знаете, что могло бы мне помочь?
Старик бросил на него короткий взгляд.
– Вот! – он улыбнулся. – Практичный человек. Это мне нравится. Думаю, мы поладим.
– И все-таки?
– Думаю, мне удастся убедить суд в истинности твоих прав на поместье.
Джеймс уставился на странного мужчину рядом с ним. Каким бы нелепым ни звучало это утверждение, но высказано оно было так авторитетно, что он сразу поверил Эмрису.
– Мне нечем заплатить вам за консультацию, – слова дались с трудом, но Джеймс предпочитал сразу внести ясность в этот вопрос. – Судебные издержки и так обошлись мне в целое состояние.
– Тогда предлагаю сделку, – сказал Эмрис. – Я тебе помогу с твоей проблемой, а ты поможешь мне с моей маленькой проблемой.
– И вы не скажете, что у вас за проблема, верно?
– Пока не скажу.
Джеймс нахмурился.
– Я почему-то так и подумал.
– Здесь нет ловушки, уверяю тебя. Сделка честная. Так уж получилось, что я не могу тебе сказать больше, пока мы не познакомимся поближе.
– А в чем проблема?
– Боюсь, ты мне не поверишь.
– Я все равно вам не верю, так что можете говорить прямо сейчас. – Эмрис рассмеялся, а Джеймсу показалось, что старику уже очень давно не приходилось смеяться. – Нет, так не пойдет. Такую сделку никто честной не назовет. Дайте мне хоть что-нибудь, а потом можете продолжать.
– Хорошо, – согласился старик. – Вот что я тебе скажу: твои и мои дела связаны куда теснее, чем ты можешь представить.
– Вы что же, тоже претендуете на поместье?
– Ни в коем случае. – Эмрис покачал головой. – Поместье принадлежит тебе. Никогда не сомневайся в этом.
– Да я и так не очень сомневался.
– Правильно. Только я имею в виду все поместье, а не те двести акров, завещанные твоему отцу. Блэр Морвен принадлежит тебе, Джеймс Стюарт, тебе одному. Замок и хозяйственные постройки, лес, дома и коттеджи, фермы, озеро, церковь, фамильные сокровища – предметы искусства, серебро, мебель. Все. Это все твое.
– Да, помечтать не вредно.
– На самом деле.
Джеймс посмотрел на старика рядом с собой. Господи, да что он тут делает? С какой стати сидит на ветру, на вершине холма ночью и болтает со спятившим бродягой?
Послушать, конечно, интересно, но терпение Джеймса кончилось. Он встал.
– Спасибо, сэр, было интересно, – сухо сказал он. – Я бы еще с вами поболтал, но с утра у меня куча дел, так что мне пора. Осторожнее спускайтесь, когда пойдете домой. У вас плащ длинный, можно споткнуться, наступив ненароком.
– Молчать! – старик приказал это таким тоном, что мир, казалось, содрогнулся от силы, заключенной в его голосе. Даже костер припал у земле, пламя потускнело и сжалось.
Эмрис тоже поднялся с камня и показался Джеймсу древним разгневанным божеством, вот-вот готовым испепелить неразумного смертного молнией. Он откинул полы плаща, и Джеймс мог поклясться, что услышал хлопанье вороньих крыльев. Старик шагнул вперед. Казалось, он еще вырос. Глаза смотрели холодно и… величественно.
Джеймсу почудилось, что годы, накрепко приросшие к телу старика, просто отвалились за ненадобностью, и перед ним стоит хотя и не молодой, но никак уж не старый человек… вот только человек ли? Глаза под спутанными седыми волосами были острыми, как бритвы, они совсем не выглядели тусклыми, как у большинства пожилых людей, а вот мудрыми были несомненно, и еще какими-то нездешними. Да и не бывает у людей глаз с золотистым оттенком, как у волка или ястреба.
