– Мне бы такое сказали, – перебил его Матвей, – с ходу бы в морду въехал. А ты стоишь и нервничаешь. Слушай сюда! – Шагнув, Матвей подошел вплотную к отпрянувшему было Алексею. – Если ты пацана взял – верни. Слова не скажу, только…
Вдруг Матвей охнул и начал медленно сгибаться. Алексей снова ударил его. Поймав Матвея за плечи, осторожно уложил его на пол.
– Где Антошка? – выйдя, увидела его Вика. – Что с ним?
– Извини, – ответил Алексей, – пока ничего существенного сказать не могу. Мои парни ищут. Мы обязательно найдем его. Я сейчас еду в деревню. Зашел сказать, что все будет в порядке. И еще, – кивнул он на лежавшего у его ног Матвея, – скажи ему, чтобы не порол ерунды. Он сказал, что я Антошку украл. Он брат твоего мужа и только поэтому будет жить. Но если услышу такое еще раз, пусть пеняет на себя.
– Найди Антона, – не обращая внимания на хрипло дышащего Матвея, сказала Вика, – и я буду с тобой. Найди его! – Она заплакала.
– Обязательно найду, – заверил Алексей. – А таких уступок мне не надо. Я найду его потому, что он сын женщины, которую я люблю и буду любить. – Присев, похлопал ладонью по щекам застонавшего Матвея. – А ты еще раз подобное вякнешь, я тебя в дом инвалидов отправлю. Понял, гнида? – Выпрямившись, посмотрел на Вику: – Успокойся, все будет хорошо. Я найду Антошку. Верь, все будет хорошо!
Алексей вышел. Вика с плачем опустилась на пол. Матвей, шумно выдохнув, сел.
– Умеет бить, сука, – прохрипел он.
– Что такое? – вышла в прихожую его мать.
– Да так, – поднимаясь, отмахнулся он. – Приходил один мужик. В общем, как он сказал, Антошка скоро будет дома.
– Слава тебе, Господи! – Мать перекрестилась.
– Это тебе Алексей сказал? – тут же спросила Вика.
Матвей кивнул.
– Почему же он мне ничего не пообещал? – всхлипнула она.
– Торопился, – буркнул Вилов.
– А ты чего лежал? – вспомнила она.
– Зажигалку уронил, – усмехнулся Матвей, – вот и доставал. А за Антона не бойся, скоро дома будет, точно тебе говорю.
– Дай-то Бог, – вздохнула мать.
– Бог-то Бог, – буркнул Матвей, – да и сам не будь плох. – Посмотрев на Вику, поднял ее. – Пойдем чайку попьем. Все будет хорошо, вот увидишь. Еще от силы пара дней, и Антон дома будет.
Вытирая слезы, Вика благодарно улыбнулась.
– Ты не знаешь, где этот, которого арестовали, – неожиданно спросил Матвей, – жил?
– Нет? – Вика удивленно посмотрела на него. – А зачем ты спрашиваешь? Если хочешь отомстить, то не надо, его родственники ни при чем. Даже не думай об этом.
– Раз не знаешь, – прекратил он этот разговор, – то и не надо. Просто узнать хотел, кто такой этот киллер. Ни разу живых не видел, – усмехнулся он.
– Не надо, Матвей. Я не хочу, чтобы кому-то было плохо. Семья этого убийцы ни в чем не виновата.
– Кто знает, – чуть слышно проговорил он.
– Что? – не расслышала она.
– Да так. Пойдем чай пить. У тебя пирожки с капустой здорово получаются. Я вроде не люблю такие, а утром попробовал – и понравилось. Есть еще?
– Да.
– Очень хорошо, сейчас все слопаю.
Мать с удивлением смотрела на сына. Пирожки с капустой он никогда не ел.
«Тесто с капустой, – вспомнила она его слова, – и все варенье. Мура гольная».
И вдруг… Мать покачала головой, но говорить ничего не стала.
«Сучонок! – остановив машину, думал Алексей. – Строит из себя великого сыщика. Частный детектив. Надеюсь, Вике он этого не вякнет. И в цвет ведь попал, тварь! Был бы Антошка у меня, я бы сразу его оттащил. Освобождал бы его, конечно, как в кино. С мордобоем и кровью. Но кому пацан мог дорогу перейти? – уже не в первый раз спросил себя Алексей. – Вернее, Вика. Странно все это… – Входя в подъезд, остановился. Задумавшись, достал сигарету. Но так и не прикурив, вернулся к машине. – Точно, – усаживаясь за руль, кивнул он. – Как же я сразу не понял? А если нет? Что тогда? Я приеду и спрошу, а там глаза круглые. И что тогда? Все равно надо будет съездить. И так, между делом, узнать».
– Так, – подойдя к Зубову, у которого сзади, за спиной, руки были скованы наручниками, буркнул опер. – Смотри, Зуб, – предупредил он. – Без фокусов. Сразу пулю схлопочешь.
– Начальник, – усмехнулся Зубов, – не первый год женат. Поехали, а то передумаю, – криво улыбнулся он. – В первый раз по полной программе сам себя сдаю. Достали вы. Я думал, купитесь на отпечатки.
– Знаешь, – сказал оперативник, – что-то нет доверия во мне твоей явке с повинной, – усмехнулся он. – По-моему, ты хочешь ва-банк сыграть. Но запомни – хрен чего выйдет, а неприятностей получишь полную коробочку.
– Хорош пугать-то! – усмехнулся Зубов. – И жути не гоните. Вы, менты, в натуре с дырками в мозгах. Ведь хрен бы вы раскрутили дело на Нахимовском. Я вам на блюдечке его поднес, а вы… – Он выматерился.
– Все, – заглянул в дежурку плотный мужчина в кожаном пиджаке, – поехали.
– К тебе какой-то молодой мужчина наведывался, – встретил вошедшую на кухню племянницу Глеб. – И похоже, очень расстроился, узнав, что тебя нет. Ничего мужичок, накачанный и, надо сказать, вполне интеллигентный.
– Как он выглядел? – спросила Инна.
