— Любезный господин Вагаллис, я безмерно рад, что вы удостоили меня такой чести! — откашлявшись, чародей поднялся и, опираясь на посох из белого дерева, пошёл им навстречу. Мия окинула его быстрым взглядом и сразу же, как и велел мастер, опустила глаза. Статный для своего почтенного возраста, весь в белом, с серебристо-седой длинной бородой, мэтр двигался степенно, говорил неторопливо и казался воплощением благородства. Вот только лысина, окружённая больше похожими на пух длинными белыми волосами, несколько выбивалась из этого образа.
— Достопочтенный мэтр, примите мою искреннюю благодарность за проявленное вами гостеприимство! — Ваган поклонился, Мия последовала его примеру и, когда мастер слегка дёрнул её за платье, склонилась ещё ниже. — Моя спутница поражена и восхищена величием и роскошью вашего замка, вашей щедростью и радушием, вашим…
Мастер продолжал рассыпаться в любезностях, от подобострастия лицо его расплывалось, как кусок масла на корке только что вынутого из печи пирога. Мия же прикладывала все силы к тому, чтобы ничем не выразить своё к этому отношение. Право слово, не хватало мастеру только пасть на колени и облобызать руки чародея! На секунду она приподняла голову и встретилась глазами с мэтром, который осматривал её тем придирчивым взглядом, каким на рынке фермер осматривает выставленную на продажу корову. Она поджала губы, но, вспомнив наставления мастера, сцепила руки перед собой и снова уставилась в пол.
— Позвольте вас на секунду. — мэтр Агиллан поманил за собой Вагана, и они отошли на такое расстояние, на котором, как видно предполагал мэтр, их разговор не будет слышен. — Любезный господин, вы, кажется, обещали привести профессионала в своем деле, а это что? Коли мне какая тощая неопрятная девица понадобится, то я кликну прислугу с кухни.
— Достопочтенный мэтр, уверяю вас, сведущие люди настоятельно рекомендовали мне её как одну из лучших в своём ремесле, — мастер хоть и старался говорить как можно тише, да только Мия с её чутким, годами натренированным слухом прекрасно всё слышала. — А что худа как щепка да лицом не вышла…
— Мне нет дела до её лица, — оборвал его мэтр. — Любезный господин, точно ли можно ей доверить столь… щекотливое и опасное дело?
— Уверяю вас, лучшей кандидатуры для исполнения вашего поручения не сыскать.
Ах, даже так? Мия, может, и возгордилась бы подобными лестными словами мастера, да только если бы не было ей так страшно, что ноги дрожали и ладони мокли. Что за дело такое опасное? Да во что её вообще втянул Ваган, Хаммаран его забери?!
Тем временем мэтр едва заметно махнул рукой, обернулся к Мие, откашлялся и даже изобразил что-то наподобие доброжелательной улыбки:
— Что ж, кхм, приветствую в моем замке, дитя. Могу ли я узнать твоё имя?
— Я М…
— Покорнейше прошу меня простить, достопочтенный мэтр, но в том ремесле, в котором эта девица подвизается, не принято называть имён!
— Тогда присаживайся, моё безымянное дитя. — со вздохом чародей указал на один из диванов. Во всём его виде явственно сквозило разочарование.
Подобрав юбки, Мия просеменила к предложенному месту и аккуратно опустилась на самый край дивана, мастер последовал её примеру и сел рядом. Тяжело вздохнув, мэтр расположился напротив и жестом подозвал стоявшего у стены слугу, обращаясь при этом исключительно к мастеру:
— Любезный господин, желаете ли чаю? Редкий лоранский изумрудный декар нового урожая, доставили всего-то пару дней назад. Мой чаёвник заваривает его каким-то особенным образом, известным только ему одному.
— Благодарю, достопочтенный мэтр, не откажусь. Мне не приходилось пробовать сей редкий сорт, но я о нём наслышан. Сам я предпочитаю…
Пока мастер и чародей обсуждали недостатки и преимущества разных сортов чая, Мия украдкой осматривалась по сторонам. Зал, в котором принимал их достопочтенный мэтр, поражал своей роскошью. На мраморном полу лежали ковры, вдоль украшенных лепниной и позолотой стен стояли статуи и вазы, а на самих стенах висели картины с изображёнными на них сценами битв, а также несколько портретов особ королевской крови — по крайней мере, облачения их были под стать. За распахнутыми окнами щебетали птицы и слышался далёкий шум моря — замок возвышался едва ли не на самом краю Сигнального утёса. Больше всего хотелось подобрать юбки и опрометью сбежать отсюда, и едва ли не единственным, что удерживало Мию от столь безрассудного поступка, была царившая здесь живительная прохлада, которую в Портамере в середине лета мало где сыщешь.
