Но первым строю Порт-Перекоп — второй мой город, основанный с нуля. Распланировал прямоугольник — северная стена — перекопский вал. Западная стена — к морю — невысокая, отдельные ворота — выход на причал. Расчертил ровные улицы и переулки, если все планировать заранее — можно сделать красиво. По мере строительства бараков подвозят еще рабочих. Производственные силы растут в прогрессии, но только такое длится недолго, скоро все переехали. Теперь копают ров и стену вокруг Порт-Перекопа. Стену делают землебитную — ставят два деревянных щита, насыпают землю между ними. Пока возят землю дальше по стене — грунт утрамбовывается до очень твердого состояния — земля здесь глинистая, саманный монолит получается. Стена невысокая, четыре метра без учета рва, ров еще около двух. Главная защита — оружие, а не стены. Но фронта работ для семисот человек даже в две смены не хватило, часть пошли восстанавливать старые ров и вал.
Стало не хватать пресной воды, плечо перевозки увеличилось, танкер стал меньше рейсов делать. Подключили еще одну шхуну, уставили трюм бочками. Поставили еще один насос — один в речке воду закачивает в бочки, другой выкачивает из кораблей в бочки в Порт-Перекопе. Бригада поваров уже давно сложилась, приехали со своими котлами — только теперь готовят на нормальной кухне. Не такой шикарной как в Чернореченске, но раковины и плиты у них нормальные.
Перекоп, как стена, может стать большой проблемой для татар. Дело в том, что Таврия перенаселена скотом, который держат татары. Стада овец — основной ресурс этого народа, и еда, и шерсть, и товар. Ну еще лошади, как неотъемлемый вид транспорта. Зимуют все стада на полуострове — осенью тут идут дожди, и успевает вырасти трава, которой почти хватает до весны, но главное — хватает воды — от осадков наполняются реки. Снега мало, траву он сильно не скрывает, поэтому скот зимой спокойно пасется в степи. Летом мелкие реки пересыхают, поэтому весной стада перегоняют через перешеек на материк — в низовьях Днепра и Дона с водой получше, а с травой — раздолье. Вот так татары нашли себе удобный цикл, где не надо запасать корм скоту на зиму.
И ключевой момент здесь — перешеек, всего восемь километров, которые можно заблокировать, восстановив комплекс Перекопа. Сейчас в нескольких местах ров и вал разрушены настолько, что там спокойно проходят стада. Я эти места пока не трогаю, а строю в старой крепости крепкий и широкий мост, даже два моста — один в крепость, а второй, пошире — в отдельной башне, для транзита. Эта башня будет примыкать вплотную к крепости, но дорога, проходящая через нее, будет снаружи крепости.
Вот такие у меня планы. Провел на перекопе около недели — пока не убедился, что все исполнители поняли что я от них хочу. Даже успел увидеть как поднимается участок стены в Порт-Перекопе. Пора в Чернореченск, дел много — да тут близко.
В Чернореченске собрал военно-технический совет для анализа итогов войны. Военные присутствовали от подпоручика и выше, а таких только пять, от промышленности — представители завода, химиков и электронщиков. Довольно официальное мероприятие получилось. Василий и Кефеус даже оробели сначала, но потом почувствовали себя частью чего-то очень важного и этой важностью прониклись.
Первым выступил Аким — надо увеличить дальность стрельбы минометов и сделать осколочные мины для применения на суше, сделать осколочные снаряды, увеличить количество снарядов. Что-же, все правильно. Спросили Кефеуса, как эксперта-практика, он подтвердил. Стали обсуждать, какая нужна максимальная дальность стрельбы для минометов, в спорах дошли до цифры в тысячу метров и испуганно посмотрели на меня.
Но я сумел сохранить серьезное лицо и не засмеяться. Я же помню, что 82-мм советский миномет стреляет на три километра, у нашего миномета калибр немного больше, но порох в заряде дымный. Думаю, два километра осилим. Тут самое важное — переход на металлические мины.
Калибр девяносто миллиметров и шимоза позволит сделать эффективные мины — хоть фугасные, хоть осколочные. Можно уже переходить на капсюльное воспламенение заряда, только в минометы ударник вставить. Миномет уже будет полностью как в двадцатом веке. Хотя нет — метательный порох пока дымный, нитропорох туда тратить пока не можем. Значит надо оставить немного больше места для пороховых зарядов. И надо больше селитры для производства взрывчатки. Да, мины станут дороже, их будет меньше — зато по пехоте эффективней. Этот раз мы пеших осман минометом только пугали — несколько десятков обожженных от сотни мин. А если это были осколочные мины, да по плотному строю — было бы море крови. Брр.
Следующая проблема — гильзы. Латуни на орудийные гильзы у нас нет — цинка мало, медь дорогая. Но теперь у нас много бронзы, очень много. Отлить гильзу из бронзы — нет проблем, бронза отлично льется, в отличии от латуни, можно сразу отливать готовую гильзу. Но, бронза не пластичная, упругая, и какая станет гильза после выстрела — надо проверять.
