На утро пошли картечный выстрел испытывать. На берегу сделали частокол из тонкомера, сильно не вкапывали — сзади подперли, чтобы не падал. Объяснил всем, что картечь капризна к расстоянию, вблизи как болванка бьет, а вдали борт уже не пробивает и летит редко. Но по людям и на триста метров сильно бьет, если попадет. Так что стреляли со ста метров — вроде как близко к оптимальному. Шхуну заякорили, чтобы меньше качало, пушкари тщательно целились и Кефеус с Василием проверяли. Но качка слабая, попали точно в забор.
Пока Вася с Кефеусом на ялике плыли, мы уже подбежали к мишени. На таком расстоянии, тонкие бревна, 10–15 сантиметров, прошило насквозь, две жердины даже переломились. Осыпь не очень равномерная, но довольно плотная, даже слишком. Можно и на сто пятьдесят стрелять. Я добавил, что на двести летит ниже на рост человека, так что учитывайте. Так что картечный выстрел одобрили, как раз для фуст, первый выстрел можно издалека по носу, чтобы топчи не стреляли, а если фуста без пушки, то уже легче.
Потом Василий повел меня на склад — хвастаться. Ого, хорошо он тут натрофеил, сотни мешков и корзин зерна — пшеница, ячмень, просо. Так что война кормит в прямом смысле, а то я не рассчитал с запасами продовольствия, хлеба и круп очень много уходит, особенно на Перекоп, там почти пять сотен рабочих. Они там почти одной рыбой питаются, и по кусочку хлеба или каши. Наш рыболовный мини-сейнер спасает, он только на них и работает. Сделали второй, переделали из большой лодки, но еще невод не закончили.
Так что можно продовольствия отсюда в Адлер подкинуть, все меньше из Чернореченска возить. Сегодня шхуны грузятся, а завтра пойду в Адлер. В Адлере, пока шхуны выгружались, осмотрел строительство. Почти все избы уже с крышами стоят — вид опять необычный — дерево свежее, а крыши черные. Склад для селитры и столовая строятся, селитру уже скоро можно возить.
Деревянные рельсы выглядят как настоящая узкоколейка, если к самим рельсам не присматриваться. Но еще и шпалы без пропитки, и лежат они просто на земле, без балласта. Опять все временное. Но долговременное тут никак не получится — дерево сырое, все равно переделывать. Немного тут пути — меньше четырехсот метров. Да и какая тут нагрузка — вагонетка на пару тонн. Проложили уже метров семьдесят, но тут еще поворот впереди, не знаю, как справятся. А мне надо в Крым.
В Чернореченске закончила работать домна, но еще раньше сломался прокатный стан, так что под конец делали стальные слитки, проволоку и чугунные отливки. Стан сломался не сильно — подшипники «застучали», и прокат пошел волнами. Но домну останавливать нельзя, так что пока делали новые вкладыши — металл кончился. Но и так грех жаловаться — листов и уголков накатали тонн пятнадцать. Дальше будем работать вагранкой, а эта домна уже все. Стан до конца собирать не стали, готовим к перевозке. Даже хорошо, что я домны строил мелкие, для древесного угля. Пусть не такие эффективные и производительные, как большие, зато строить быстро, и бросать не так жалко. А производительности мне хватает, даже слишком.
Производство чугунных минометных мин началось, но выявились два момента, первый — точность изготовления недостаточна, и ударник часто по капсюлю не попадает. Можно было бы добавить накольник на капсюль, но и сам папковый патрон у нас не отработан, быстро делать не получается. Я решил, что эта ступень развития пока для нас высоковата. Минометы во флоте мы уже почти не используем, а на суше, без качки, лишняя пара секунд от фитильного зажигания ничего не решает. Так что мины у нас чугунные, но с фитильным воспламенением заряда.
Вот второй момент — положительный. Решили, что шимозы слишком много в мину кладем, нам блиндажи в два наката ломать не нужно. Из миллиметрового листа согнули трубочку и прихватили сваркой. Эту трубочку вставили в чугунную мину, чтобы уменьшенная шашка не болталась. Испытали, и обнаружилось, что чугунные осколки стали крупнее! Десятки, если не сотня, осколков летели на 30–50 метров и входили в дерево на два-три сантиметра. А на десяти метрах пятисантиметровая доска была дырявая насквозь. Интересно, как жестянка на образование осколков повлияла. Теперь у нас получилась довольно простая, мощная осколочно-фугасная мина. Табличная дальность полета — 2200 метров.
Взрыватель отличается от орудийного формой — он собирается на основе плоской стальной втулки большого диаметра, которая вставляется в мину. Это все из-за моего опасения нестабильности пикриновой кислоты, при контакте с металлом могут образоваться опасные пикрины. Или пикраты? Надо в справочнике посмотреть. Так вот, перед боем нашу мину надо собирать, к ящику с минами идет аж три просмоленных коробочки. Из первой достают мелинитовую шашку, вставляют в мину, из второй — взрыватель. Из третей — набирают нужный пороховой заряд, один с фитилем, остальные дополнительные. Немного мешкотно, зато безопасно. Да и перед боем минометчики все своими руками проверяют, а то мало ли как оно в ящиках ехало.
